Хотя, честно признаем, мюзикл получился прекрасный. А уж песня из него известна всему нашему народу.
Есть еще один интересный сюжет из событий тех времен.
Роман называется «Записки капитана Головнина в плену у японцев». Именно экипаж судна (вернее, часть экипажа во главе с капитаном), которым командовал капитан Головнин, был арестован японцами в ответ на боевые действия по приказу графа Резанова.
Причем, это судно в экспансии не участвовало. Они просто зашли пополнить запасы на дружественный, как они считали, берег. О бомбардировках и других боевых действиях они не знали. А оказались виноваты и арестованы. В плену провели несколько лет. Капитан очень подробно и интересно описывает их заточение.
Вернемся к должности капитана.
Это всегда самый информированный человек на борту. Помимо стандартных телеграмм и радиоканала у капитана есть секретная связь с берегом, чаще всего, это зашифрованные секретные приказы и инструкции. Чтобы правильно командовать судном, капитан обязан разбираться во всех сторонах работы и жизни как на борту, так и на берегу.
Стандартный карьерный путь на наших судах следующий. После профильного учебного заведения судоводители проходят лестницу: 4-й штурман – 3-й штурман – 2-й штурман – старший штурман (старпом) – капитан.
В своей работе на должности старпома по науке мне доводилось сотрудничать с капитанами самых разных исследовательских и рыбодобывающих судов. Как правило, это были всегда адекватные, опытные, юморные, хлебосольные, доброжелательные мужчины с философским складом ума. Они не меньше, чем я сам, были заинтересованы в выполнении моего, либо нашего общего рейсового задания.
Мне встречались капитаны, обладавшие выдающимися организаторскими способностями, обширными знаниями, большими личными библиотеками на борту.
Такие капитаны заранее чувствовали угрозы в погоде, умело предпринимали упреждающие действия. Меня всегда удивляло подобное чутье. Иначе, как селекцией по этим способностям, я это объяснить не могу.
Отдельные капитаны при наличии времени занимались самым разным рукоделием, от вывязывания сетей до вырезания малоразмерных сувениров, деревянных поделок.
Один хороший капитан Сан Саныч Пузырев, дипломат и философ, за несколько рейсов освоил язык компьютерного программирования.
Рудольф Сергеевич Гавенцей выреза́л из дерева миниатюрные солонки и микроскопические ложечки для дозировки соли. Очень оригинально, необычно, интересно. Я ему для такой ювелирной работы давал свою яркую настольную лампу из дома.
И в то же самое время, крайне редко, я встречал либо слышал о капитанах, занимавших этот пост по ошибке кадровиков или по знакомству, явно не соответствуя высоким требованиям. Это бывали хронические алкоголики, впадавшие в многодневные запои. Либо сумасброды, отличавшиеся неадекватностью или безудержной тягой к воровству судовых продуктов в особо крупных размерах.
Отдельные «рабы тестостерона» пытались создавать филиал гарема на борту, на остальные дела времени и мозгов уже не оставалось.
Самый большой не уголовный грех, в который может впасть капитан – чванство, обусловленное высокомерием и значительными «дырами» в душе́. Про одного из подобных персонажей я уже упоминал в рассказе «Как я стал начальником».
Одним словом, при наличии времени и власти, капитаны развлекаются, как умеют.
Я вынес в заголовок слова о кодексе самурая. Счел это ближайшей аналогией к той философии, которой руководствуются и по которой живут капитаны.
Это, как правило, высоко порядочные люди. Наиболее успешные из них не стесняются спросить совета у различных членов экипажа. Признают коллективный способ вынесения сложных решений. Но всегда берут на себя смелость командования и индивидуальную ответственность.
Чаще всего, таких успешных капитанов замечают и начинают продвигать на командные должности на берегу. Из них вырастают очень толковые руководители флотов.
Родился я на хуторе Греково-Балка, в 40 км к северу от Ростова-на-Дону 15 марта 1959 года.
Мама – Долголенко Антонина Демьяновна, папа – Долголенко Иван Григорьевич. Папа родом из этого же хутора, мама из станицы Селивановская на севере Ростовской области. Мама была участковым фельдшером в Греково-Балке, папа на момент моего рождения – пчеловодом в колхозе. Все предки – казаки, земледельцы.
Жизнь на хуторе и мое становление я описал в цикле «Грековская сага» на моей странице ВКонтакте.
Через 2 года родился мой младший брат Костя. Мы росли в атмосфере безграничной любви, в заботе и внимании.
В 1964 году мы переехали в станицу Кавказская, где на сегодняшний день проживает мой брат Костя и находятся могилы родителей. В садик ходил только я, Костя отказался, в саду ему не нравилось. В положенное время мы пошли в школу, которую и закончили, тоже вовремя.
