До отъезда оставалось еще много времени. Елена Сергеевна посвятила часть его анализу показателей, но вскоре почувствовала, что засыпает, убаюканная сопоставлением среднего время выполнения вызова без госпитализации со средним временем выполнения вызова с госпитализацией и сведением их в общее среднее время выполнения вызова. Посмотревшись в зеркало и оставшись довольна своей внешностью (в неполные сорок никто не давал ей больше тридцати – тридцати двух), Новицкая отправилась «в люди».
На кухне шло обсуждение недавнего приказа об организации работы постов «скорой медицинской помощи» при некоторых многопрофильных столичных стационарах.
Шестьдесят вторую подстанцию этот приказ миновал – честь организовать пост в «родной» сто шестьдесят восьмой больнице выпала соседям. Тем самым «поросятам», которыми руководила заведующая по фамилии Свиньина.
Но тем не менее приказ волновал пытливые умы и побуждал их к размышлениям и спорам, в которых, как известно, закаляется демагогия.
– Включить в район оперативной ответственности бригад постов, дислоцирующихся при многопрофильных стационарах улицы, предприятия, учреждения, общественные места и адреса проживания граждан, расположенные в пределах двух с половиной километров от места дислокации бригад, организуемых постов… – читал вслух доктор Саркисян и сразу же переходил к комментариям. – Что за чушь? С какого потолка они взяли себе эти два с половиной километра? Все равно – если у соседей будет стоять вызов, то и с поста ушлют к черту на рога! И вообще – какой в этом толк?
– Игорь, мы постепенно продвигаемся к тому, чтобы лечить в приемнике тех, кого привезли, – снисходительно пояснил Чугункин. – Это – суперпреемственность, квинтэссенция рационализма.
– Слова, пустые слова! – горячился Саркисян. – Ты мне суть объясни. Смысл! Зачем полусуточная бригада должна базироваться не на подстанции, а на территории стационара? Пост на МКАД – это я еще понимаю, хотя и от такого поста толку мало! Но в стационаре?
– Помню, проходил я практику в городе Конаково, так там «скорая помощь» базировалась при центральной районной больничке и подчинялась ее главному врачу, – вспомнил доктор. – Было очень удобно работать и решать вопросы. Никаких заморочек с госпитализацией, никаких нестыковок. Благодать!
– Как ты себе представляешь эту схему в Москве? – накинулся на него Саркисян.
– А он правильно представляет! – Чугункин отработал свою смену, но домой не торопился – «отмякал душой» на родной подстанции. – В конечном итоге нас подчинят крупным стационарам. Первый шаг уже сделан. Как говорится: «коготок увяз – всей птичке пропасть», или «лиха беда начало».
– Ты кладезь народной мудрости, – обиделся Саркисян. – Я так и не понял – поддерживаешь ты это новшество или нет?
– Игорь, представь себе, что ты – красивая юная девушка! – сказал Чугункин. – Представил?
– Ну, допустим! – поколебавшись, ответил Саркисян.
– Представь, что ты возвращаешься поздно вечером домой по темному парку… Представил?
– Представил, давай дальше!
– Представь, что тебе перегородили дорогу пьяные парни, жаждущие быстрой дармовой любви…
– И что дальше?
– Так вот, – Чугункин обвел лукавым взором присутствующих, призывая их посмеяться вместе, – независимо от твоего желания, твоего настроения, твоего самочувствия и твоего мнения, тебя банально трахнут, и все тут! Так же обстоит дело и с любым приказом администрации! Странно, что ты до сих пор этого не понял.
– Я прекрасно это понимаю, но всегда хочется верить в то, что там сидят умные люди!
– Верь, – разрешил Чугункин, – вера помогает мириться с беспросветной тупостью бытия…
– Насчет тупости ты не прав, Павел, – несколько глотков крепкого чая придали Жгутикову сил, необходимых для продолжения дискуссии. – Посты – это переходный этап к отделениям скорой медицинской помощи в каждом стационаре…
– Я читал положение, – сморщился Чугункин. – Не отделение, а просто государство какое-то – блок приема пациентов с регистратурой, сортировочным постом, залом ожидания больных и сопровождающих…
– Как далеко шагнула медицина, э! – «восхитился» Саркисян. – Всю жизнь больные и сопровождающие ждали в коридорах, а теперь будут ждать в зале! Прогресс! Есть такая грузинская поговорка – «Пусть я не князь, зато каждый день мимо княжеского двора хожу»!
– Там будут еще смотровые кабинеты для пациентов в удовлетворительном состоянии и зал для пациентов в среднетяжелом состоянии…
– Ух ты!
– Палата реанимации и интенсивной терапии, операционное отделение для противошоковых мероприятий, перевязочная, диагностический блок с лабораториями, рентгеном, УЗИ, эндоскопией, томографом, консультативно – диагностические палаты…
– Паша, ты что наизусть это положение выучил? – удивился Саркисян. – Шпаришь, как по-писаному!
– Близко к тексту, – поскромничал Чугункин, – так долго наслаждался чтением.
– Ты извращенец! – заявил Саркисян. – Такими вещами невозможно наслаждаться! Лично меня от этих казенных бумаг тошнит!
– Про организацию работы рассказывать? – Чугункин с сожалением посмотрел на опустевшую упаковку от печенья.
