Я слушала Норберга, приоткрыв рот от изумления. Он говорил обо всем с такой уверенностью, как будто сам присутствовал при ссоре.
– Ваш рассказ немного расходится со словами Клары, – не удержавшись, заметила я.
– Вы ей продолжаете верить после всего услышанного? – Норберг скептически заломил бровь. – Но, в любом случае, одну фразу она передала удивительно точно. Нельзя злить таких людей. И под такими людьми Вайнер явно подразумевал Ребекку.
– И что же было дальше? – спросила я.
– Вайнера, конечно, выкинули прочь. – Норберг пожал плечами. – Наверное, Ребекка рассчитывала, что в запале ссоры Грегор выложит все карты на стол. Скажет, что сыт всем этим по горло. И потому, мол, начинает жизнь с чистого листа. Пусть брат и неверная жена и не зарятся на его деньги, из которых не получат и гроша. Но Грегор повел себя осмотрительно и осторожно. Он промолчал в ответ на все нападки Вайнера. И Ребекка решила действовать на свой страх и риск. В конце концов, даже если завещания нет или оно уничтожено – деньги все равно получит Клара. Результаты магической экспертизы ведь имеются! При желании легко можно повторить запрос, если первую бумагу Грегор тоже разорвал. Но вот беда. Клара оставалась внебрачным ребенком. По законам Лейтона в этом случае состояние получали в первую очередь законные наследники: жена и брат погибшего. А девушке в случае отсутствия завещания полагалось лишь небольшое пожизненное содержание. Однако в том случае, если законных наследников у погибшего не имелось, то все состояние обязано быть передано внебрачным детям, родство с которыми магически доказано.
– Ах вон оно что, – пробормотала я.
Замолчала, силясь уложить в голове все услышанное.
Ничего себе, какая изощренная афера! И в центре всего это семейка Уитфорт. Кларенс, помогающий сестре изготовлением всевозможных смертельных амулетов, Ребекка, воистину преступный гений, и Клара.
Эх, ну как я могла настолько ошибиться в человеке! И я сокрушенно покачала головой. Мне ведь так нравилась Клара. Получается, в ту злополучную ночь, когда Кларенс отравил Рейчел у нас на глазах, она знала, что у каждого из присутствующих в чашке налит яд. И лишь чистая случайность уберегла нас от пополнения коллекции убийств, совершенных преступной парочкой.
– Вы опять погрустнели, – прозорливо заметил Норберг. – Что на сей раз вам не нравится?
– Я никогда не научусь разбираться в людях. – Я сокрушенно вздохнула. – Я искренне считала, что Кларе нравится Ричард. Но она спокойно взирала на то, как ее дядя каждому предложил отравленного кофе. И не сказала ни слова. Просто ждала, кто из нас погибнет первым.
– Что вы сказали? – вдруг переспросил меня Норберг, изумленно вскинув бровь.
– Ну, я про эту ночь, когда Кларенс отравил графиню Рейчел, а сам влепил в меня чарами, когда я постаралась его остановить. – Я с выразительной гримасой потерла грудь. И боль в ребрах, утихшая было за время разговора, опять напомнила о себе приглушенной пульсацией.
Надо же, прошло-то всего несколько часов. А кажется, будто миновала целая вечность.
Норберг несколько раз медленно моргнул, как будто обдумывал какую-то впервые пришедшую ему в голову мысль. Затем от души выругался и рванул к дверям.
Ну вот, и этот от меня убегает. Что же мне сегодня так не везет?
Я не успела расстроиться или возмутиться тому факту, что Норберг решил сделать от меня ноги, как он зло кинул через плечо:
– Пошевеливайтесь, Агата! Иначе пропустим самое интересное.
Естественно, после столь «любезного» приглашения я и подумать не могла остаться на месте. Напротив, кинулась за ним со всей возможной скоростью.
Какие там целительница мне рекомендации дала? Всеми возможными способами избегать в ближайшие дни активные физические нагрузки? Эх, хорошо, что она меня сейчас не видит!
«И хорошо, что Фарлей не слышал, как я мило поболтала с его злейшим противником, который теперь тащит меня невесть куда».
Но эта мысль тут же исчезла, как будто ее и не было. Я все свои силы сосредоточила на том, чтобы не отстать от Норберга.
Никогда бы не подумала, что уважаемый в обществе и занимающий столь видное положение мужчина умеет настолько быстро бегать!
Видели бы его сейчас студенты!
В этот момент как нельзя более некстати ожил амулет связи. Я с трудом замкнула заклятье, стараясь при этом не отстать от Норберга, который уже вылетел на улицу.
Судя по всему, Фарлей решил, что дом рода Ириер интереса больше не представляет. Потому что рядом я не заметила никого из дознавателей.
«Агата, почему ты так пыхтишь?» – удивленно поинтересовался Фарлей, видимо, услышав мое тяжелое дыхание.
– Потому что бегу, – лаконично сказала я.
Норберг распахнул передо мной дверцу своей кареты и так свирепо глянул, что я послушно залезла в нее, не рискуя задать никаких вопросов.
«Куда бежишь?» – еще более изумленно спросил Фарлей.
– Точнее, за кем, – исправила его я. Бухнулась на сидение, силясь отдышаться и избавиться от противной колющей боли в левом боку, после чего добавила: – Я бежала за Норбергом Клингом.
