— Потом поймешь. Когда присмотришься поближе. Короче, если дело доходит до королевского суда, когда нужна его печать и подпись или решение, значит, всё очень плохо. В последние годы принцессы всё решают сами. Тем более в отсутствие отца они и есть законная власть в стране. Совсем забыл, идём, я покажу тебе одну вещь.
Паж подал руку, помогая кузине спуститься. До этого момента Шиповничек не обращала внимания на стоящее прямо перед возвышением кресло с гнутыми ножками и шёлковой обивкой. Оно не могло поспорить изяществом с троном, но тоже было роскошным.
Стену за креслом скрывала тёмно-красная бархатная портьера. Такая же портьера висела со стороны боковой двери.
— Зачем эти шторы, за ними же ничего нет? — поинтересовалась Шиповничек.
— Ошибаешься, за ними спрятаны мягкие стулья для особо почётных гостей, тех, кому жалуется право сидеть в присутствии принцесс и даже самого короля. А вот этот "трон" знаешь, зачем? Для королевы бала! Её будут выбирать сегодня на празднике.
— И кого выберут? — глаза юной мадемуазель загорелись.
— Не знаю. Королевой может стать любая из приглашённых дам. Я бы выбрал тебя! Кстати, можешь посидеть немножко.
— Нет, правда?! — Шиповничек сияла, её щечки алели от счастья.
— Прошу вас, моя королева.
Бал ещё и не начинался, а Шиповничек уже была на вершине блаженства. Да, этот день обещал многое.
— Само собой, сестричка, ты достойна стать королевой бала, но если приедет мадемуазель Пассифлора, то шансы всех остальных равны нулю, — размышлял вслух Розанчик.
— Сама великая мадемуазель?
— Да. Есть надежда, что она приедет.
— О, это было бы… — Шиповничек не могла подобрать слов, чтобы выразить свои чувства. Сказать, что это в сто раз лучше, чем встретить короля, казалось невежливым. Помолчав, она призналась: — Знаешь, я никогда раньше не видела её. Только в газетах. А ты?
— Я видел.
— И говорил с ней?!
— Да.
— Расскажи…
— Как-нибудь потом. Сейчас, давай, спустимся в сад.
Розанчик отодвинул портьеру в углу. Оказалось, там пряталась ещё одна маленькая дверца. Он повернул ручку.
— Эта дверь в галерею. Пройдя там, мы посмотрим на всё сначала сверху, а потом спустимся возле часовни в саду.
— Хорошо, месье гид, — улыбнулась Шиповничек и проскользнула в любезно открытую перед ней дверцу.
С лёгким щелчком дверь Тронного зала закрылась за ними.
Утренние часы помогают принять верное решение…
Видимо, этим мудрым принципом руководствовался молодой человек в чёрном бархатном костюме со вставками тёмно-лилового атласа на рукавах; и в чёрных же, высоких сапогах из мягкой кожи с серебряными пряжками. В задумчивости он бродил по садовой дорожке (пустынной в ранний час) взад и вперёд.
Строгий испанский воротничок камзола обрамлял красивое бледное лицо, на котором резкой линией выделялись нахмуренные брови и узкие плотно сжатые губы. Вероятно, он надеялся, что ранняя прогулка и утренняя свежесть прояснит важные вопросы, занимавшие его мысли. Если добавить, что молодой человек был принцем, легко поверить, что забот у него предостаточно.
Вдруг, черты лица его высочества разгладились. Он устремил пристальный взгляд в дальний конец аллеи и перестал наконец нервно теребить широкую серебряную цепь гранда из плоских ажурных звеньев, украшавшую его грудь. Эту цепь он ни на минуту не оставлял в покое во время своих размышлений.
Солнечным лучом, разогнавшем тучи сомнений с чела его высочества, оказалась розовая женская фигурка, возникшая на другом конце садовой дорожки.
— Что-то не припомню, чтобы я видел эту крошку раньше, — принц издали разглядывал незнакомку.
Не удивительно! Навстречу ему шла юная мадемуазель Шиповничек, никто другой!
Только что из окна второго этажа Розанчика окликнула мадам Розали, и паж исчез, пообещав, что вернётся через минуту. Шиповничек осталась ждать его и продолжала одна идти по аллее апельсиновых деревьев, усыпанных белыми цветами.
Только что они с Розанчиком побывали в Садовой часовне. В этой симпатичной домашней церквушке венчались король и королева — отец и мать нынешних принцесс. Шиповничек думала, что принцесс и крестили здесь, но всезнающий кузен возразил:
— Нет, их крестили в Нотр‑Дам, но венчаться их высочества обещали здесь, во дворце.
— А у какой-то из принцесс уже есть жених? И когда свадьба?
— Об этом рано ещё говорить, — таинственно улыбнулся Розанчик.
Ясно, он что-то знает. Едва приехав, Шиповничек с головой окунулась в придворную жизнь. Жаль, что брата позвали в самый неподходящий момент, он мог рассказать ещё что-нибудь интересное.
Апельсиновая аллея закончилась. Шиповничек свернула на дорожку, обрамленную подстриженными кустами самшита. Она ещё не заметила вельможи в чёрном, который с удивлением наблюдал за ней.
