– Детектив! – Это был дон Хоакин, который подлетел к столу и стал рядом с Иваном.
– Немедленно покиньте помещение! – возмутился Монтойя. – Допрос еще не окончен.
– У меня есть важные сведения!
– Я выслушаю вас позже!
– Нет! Вы выслушаете меня прямо сейчас, – не отступал мужчина и, пока детектив не успел ничего ответить, начал говорить: – Вы обвинили Ивана в том, что он убийца и что он якобы убивал ради наследства. Но Иван не мог этого делать, потому что он не является мне сыном. Я признал его только для того, чтобы переубедить мать отдать отель мне. Я готов был на все ради наследства! У Ивана не было ни матери, ни отца, никто не знал, чей он сын, поэтому я выбрал его. У меня стало два наследника, и я был уверен, что мать передумает и перепишет отель на меня, но она не стала этого делать… Однако речь не о моей неудаче, а о том, что Иван знал с самого начала, почему он получает мою фамилию. Он знал с самого начала, что он не мой сын! А потому он не мог совершить все те преступления, ведь тогда, когда они были совершены, он даже не знал о том, что когда-нибудь может стать Гарсиа.
– Ваш мотив рассыпался прахом, – заметил адвокат. – Иван не мог убить ни Кристину Ривас, ни Матео Гарсиа, ни вытолкнуть из окна дона Хавьера. Зачем ему нужно было это делать, если он не был Гарсиа никогда?
– Теперь я все понял… – проговорил детектив себе под нос. Выглядел в этот момент он почти безумно. Его волосы, всегда хорошо зачесанные назад, теперь торчали во все стороны. Костюм, некогда элегантный и отутюженный, был измят и застегнут как попало. Он производил впечатление заработавшегося человека, которому вместо того, чтобы проводить допрос, нужно было взять отдых и провериться у врача. – Теперь все встает не свои места…
– Объясните, о чем это вы? – спросил Куэрво, глядя на него с недоумением.
– Вы сказали, что вы готовы на все ради наследства! – воскликнул Монтойя, указывая на дона Хоакина. – Вы пришли сюда и почти признались! Смерть всех этих людей была выгодна прежде всего вам! Вы вполне могли заставить Ивана творить все эти вещи. Я немедленно вас арестовываю!
– Вы не можете его арестовать без ордера, – напомнил ему адвокат. – А ордер вряд ли вам выдадут, потому что вы явно не в себе и, по-моему, обвиняете только ради того, чтобы кого-то обвинить.
– Признайтесь же сеньор Иван, что он вас заставлял! – воскликнул детектив, нависнув над арестованным. – Обещаю, что закон будет к вам снисходителен, если вы скажете правду!
– Но это неправда! Я не солгал вам ни разу!
– Прекратите молоть чепуху, – вставил дон Хоакин.
– Просто признайтесь! – не унимался Монтойя.
– Да не в чем мне признаваться! – Иван ударил кулаком по столу.
– В противном случае вы будете отправлены на казнь. Найденных улик предостаточно, чтобы судья вынес вам смертный приговор.
Иван побледнел от его слов и повернулся к адвокату. Тот с жалостью на него посмотрел, и молодой человек понял, что судьба его уже предопределена и, каким бы хорошим адвокат ни был, ни на что уже повлиять нельзя.
– Стойте! – воскликнул дон Хоакин.
Что он мог сделать для Ивана? Как он мог помочь ему? Зачем он вообще втянул этого несчастного юношу в этот кошмар? Теперь Ивану придется расплачиваться за то, чего он не совершал. А дон Хоакин был уверен в том, что Иван невиновен.
– Я признаюсь, – продолжил дон Хоакин. – Это я за всем стою. Я заставил Ивана прятать орудия убийства и покрывать меня. Но он никого не убивал. Так что если вам нужен убийца, то вот он я, пред вами.
***
Дон Хоакин и Иван сидели за решетками в участке и ожидали, когда судья вынесет приговор. Они пробыли там, по меньшей мере, сутки. Но камеры их находились друг от друга очень далеко, так что они даже не могли друг с другом поговорить. А Ивану очень хотелось поговорить с доном Хоакином. Ему было, что сказать своему
Посетителей к ним не пускали. Ждали, когда судья вынесет приговор.
Когда начало казаться, что прошла уже целая вечность, агенты отворили камеры дона Хоакина и Ивана и вывели их в коридор. Там их встретил детектив, который стал выглядеть еще хуже, чем на допросе.
– Думаю, вы уже догадались, почему вас вывели, – изрек Монтойя.
– Судья вынес приговор, – сказал дон Хоакин.
– Именно! – хлопнул в ладоши детектив. – Ну что, есть предположения, каков вышел приговор?
– Мы с вами не в угадайку играем! – возмутился дон Хоакин. А потом принюхался и все понял. – Да вы пьяны! Как вы смеете вообще так заявляться в участок!
– Это к делу не относится. Приговор таков: сеньор Иван признан виновным в убийстве четырех человек, так что его переводят в тюрьму.
– Что?! – воскликнул дон Хоакин.
– А вас отпускают.
– Но почему? – изумился мужчина. – Я ведь признался!
– Этого было недостаточно. Вещественных доказательств вашей вины нет. Судья посчитал вас незадачливым альтруистом. К сожалению, к моему мнению он не пожелал прислушаться, а оно было диаметрально противоположным. Приговор был вынесен сеньору Ивану. Наказание известное – смертная казнь через удушение. Дата будет объявлена чуть позже.