– Они жгут, чтобы грабить, а если и отнимут у моей сестры и у меня несколько серебряных приборов и луидоров…
– Френгальский фермер был небогат, и все-таки его ферму сожгли, – заметил Жакомэ.
– Ты знаешь кратчайшую дорогу на ферму Брюле? – спросил граф Анри.
– Знаю.
– Проводи нас туда, я хочу взять моего волка.
– Да ведь туда целое лье по лесу, а теперь холодно.
– Мы будем дуть в пальцы.
– Притом это отдалит вас от дома на два лье по крайней мере.
– Брюле даст нам лошадей.
– Как это странно! – пробормотал Жакомэ. – Вы очень любите Брюле, месье Анри. Впрочем, это не мое дело.
Офицер во второй раз взглянул на дровосека.
– Надень же твой теплый камзол, Жакомэ, – сказал граф Анри, – и показывай нам дорогу. Прощай, малютка.
Молодой человек охватил обеими руками хорошенькую головку Мьетты и поцеловал ее. Жакомэ накинул на плечи камзол из козьей кожи, снял со стены ружье, отворил дверь хижины и вышел первый, офицер за ним.
– Прощайте, крестный, – сказала девочка, обвив руками шею молодого человека, и вдруг шепнула: – Останьтесь на минуту, я хочу говорить с вами.
– Что ты можешь мне сказать? – спросил граф Анри с удивлением.
Мьетта подождала, пока Жакомэ и офицер отошли шагов на двадцать.
– Месье Анри, – сказала она, – я вас люблю, как отца, и не хотела бы, чтобы с вами случилось несчастье.
– Что же может случиться со мною?
– Батюшка говорит, что вы напрасно ходите в Солэй.
Анри вздрогнул.
– Начальник бригады вас подстерегает. С вами, наверно, случится несчастье, месье Анри.
– Молчи! – сказал молодой человек.
Он в последний раз поцеловал Мьетту и догнал своих спутников, но офицер успел обменяться несколькими словами с Жакомэ. Когда граф Анри подошел к ним, Жакомэ опять сделался нем. Собаки шли, опустив головы. Настала ночь, и граф Анри связал их вместе из опасения, чтобы им не взбрела фантазия убежать в лес. Жакомэ шел впереди и свистел охотничью арию. Самая прямая дорога на ферму Брюле, находившуюся по другую сторону леса, по направлению к Фонтенэ, была большой извилистой линей, называвшаяся Лисьей аллеей. Снег выпал так сильно, что проложенная тропинка исчезла, а так как Лисья аллея проходила через несколько перекрестков без всяких надписей и указателей, то проводы Жакомэ вовсе не были бесполезны: только один дровосек мог найти дорогу ночью в этом густом лесу.
Граф Анри взял под руку своего друга-офицера и, отстав несколько от Жакомэ, сказал:
– Знаешь ли, почему я так мало занимаюсь поджигателями?
– Нет, – с любопытством отвечал офицер.
– Потому что я влюблен.
– Я это подозревал.
– В самом деле?
– Во-первых, у тебя наружность влюбленного, глаза впалые, лицо вытянуто, ты рассеян, потом, ты выходишь по ночам…
Граф Анри вздрогнул.
– Ты это знаешь?
– Вот три ночи сряду я вижу, как ты уходишь из дома с ружьем на плече, когда все лягут спать. Куда ты уходишь – я не знаю, но ты возвращаешься поздно, на рассвете.
– Милый мой, – сказал граф Анри беззаботно, – ты знаешь, какова деревенская жизнь? Прелестных дам мало, а если и встречаются, то у них есть мужья, стало быть, не с этой стороны надо искать…
– Хорошо! Понимаю. Э-э! Знаешь ли, что эта маленькая угольщица очень мила?
– О! – возразил граф. – Перестань шутить, любезный Виктор. Мьетта – моя крестница, это олицетворенная добродетель и невинность.
– Извини, если я ошибся… Но когда так…
– Хорошенькая фермерша, – шепнул граф Анри и снова замолчал.
Они шли молча несколько времени, потом офицер продолжал:
– Доверенность за доверенность, и я скажу тебе мою тайну.
– Ты влюблен?
– Увы! Нет. Но слушай… Ты думал до сих пор, что поместил у себя старого друга, офицера в отпуске, который хотел отдохнуть от своего тяжкого ремесла, сделавшись твоим товарищем по охоте?
– Ты мне это писал в письме, в котором уведомлял о своем прибытии.
– Да, но я имел другую цель.
– Какую?
– Я тебе скажу. Две недели назад гражданин Баррас призвал меня и сказал: «Бернье, я знаю, что вы деятельны, смелы, осторожны и необыкновенно проницательны. Я доставлю вам случай сменить эполеты. Я даю вам тайное поручение. Вот уже три месяца Францию опустошает страшный бич – пожары, повсюду организовались шайки поджигателей, которые жгут хлеб, фермы, дома. Жандармы рыщут, да все понапрасну. Я хочу, чтобы это прекратилось как можно скорее. Я выбрал сотню офицеров, молодых, умных, не отступающих ни перед чем, и сделал их комиссарами в департаментах. Вас я посылаю в Ионну. Поезжайте, наблюдайте, изучайте, собирайте сведения, не торопитесь, но уничтожайте поджигателей». Баррас в тот же вечер велел мне передать секретные и подробные инструкции и уполномочие, по которому при первом моем требовании все военные и гражданские власти департамента будут в моем распоряжении. Теперь, мой милый, ты знаешь все, будь же нем. До сих пор я наблюдаю и собираю сведения. Час действовать еще не настал.
Граф Анри серьезно выслушал своего друга.
