— Она летает! — восхитилась девочка, зачаровано провожая прыжок белки. — Это особенная белка, дедушка Тихомир?
— Особенная. Её так и называю — летяга. — У неё по бокам этакие перепонки есть. Она их растягивает в прыжке и благодаря этому и планирует.
— Первый раз вижу такую белку! — сказал Арсений.
А Нина негромко призналась:
— Да, в наших парках таких нет.
— То-то. — кивнул головой старик. — А хотите знать, как они появились?
— Да!
— А было всё так. — дед Тихомир присел на поваленное дерево и принялся повествовать новую сказку детям, примостившихся рядом с ним.
Чудной бельчонок
В одном беличьем семействе вместе со своими братьями и сестричками рос один юркий бельчонок. Он, как и все малыши его возраста, резвился, веселился и играл. Время шло, бельчата подрастали, крепли, набирались всяческих премудростей.
Мама-белка учила их уму-разуму, показывала как умываться по утрам, где добывать еду и как грызть орехи. Раз она вывела их из дупла, что было обустроено на старой сосне, и стала показывать как карабкаться по стволу и прыгать с ветки на ветку. Повторяют детишки за бельчихой, постигают жизненную науку, а самый шустрый из них норовит дальше всех прыгнуть.
— Что ж ты, меня не слушаешься?! — одёрнула его мама. — Не торопись! Начинай с малого. А для больших прыжков пора ещё не наступила.
— Не переживай, мам! — успокаивал её сынишка. — Я потихонечку.
— Чудной ты у меня. Говорю же, рано ещё! Потерпи малость!
— Чудной, чудной! — запищали прочие бельчата.
Так и приклеилось прозвище к прыткому зверьку. А он всё не унимался и канючил:
— Да я уже сильный, мам! И ловкий!
— Прыткий какой! Говорю же, наберись терпенья, обожди чуток, время-то быстро пролетит, не заметишь, как и повзрослеешь.
— Да я почти вырос! — упорствовал шустрик. — Смотри, как я умею! — И он завертелся, закрутился вокруг родительницы, что у той голова кругом пошла.
— Ох, и утомил ты меня! — вздохнула мама-белка, а братья и сестрёнки сорванца укоризненно посмотрели на него и выкрикнули хором:
— Маму надо слушать, Чудной!
— А ну все в дупло! — скомандовала бельчиха. — Порезвились, побесились, надо и отдохнуть!
Малыши послушно выполнили приказ, а неугомонный бельчонок попросился погулять.
— Я не устал, мамочка, позволь ещё немного поиграть.
— Ну, хорошо. — уступила мать. — Только далеко от дома не уходи и с дерева на землю не спускайся!
— Обещаю! — крикнул Чудной и юркнул в листву.
Вот он набегался, накувыркался, наигрался и домой заспешил. Спускается опрметью с верхушки сосны в дупло да обо что-то мягкое ударился.
— Чуть не зашиб! — подпрыгнула от неожиданности сорока, поправляя клювом распушившиеся перья. — Идя по пути глазами гляди!
— Ой! Простите меня! — стал извинятся бельчонок. — Я глядел, но не заметил.
— В другой раз гляди в оба!
— Постараюсь.
Птица повертела головой и вытянула шею:
— А ты чего это один-одинёшенек?
— Гуляю… Хожу, по сторонам гляжу…
— А мамка отпустила, гулёна?
— Отпустила. — подтвердил бельчонок и спросил. — А можете показать, как вы летаете?
— Зачем тебе? — удивилась сорока.
— Хочу научится!
— Чудной! — захохотала птица. — Ишь, что захотел, беличий пострел!
— Вы знаете как меня зовут? — округлил глаза бельчонок.
— Мне дела нет до того, как тебя зовут! — продолжала смеяться пернатая. — Ох, развеселил меня до слёз! Где ж такое видано, чтоб белка летала!
— Но вы же летаете!
— Мы птицы! У нас крылья, а у тебя их нет! Где ж тебе летать? Перестань мечтать! Сорока хохотнула и улетела, а бельчонок вернулся домой.
— Чудной явился! — шумно встретили бельчата своего брата, а мам укоризненно посмотрела на малыша. — Где тебя носит, сынок? Я уже волноваться стала!
— С сорокой разговаривал.
— И что она тебя на хвосте принесла?
— Ничего. Я хотел, чтобы она научила меня летать, а она рассмеялась и улетела.
— Чудной хочет летать! — прыснули бельчата. — Вот умора!
— Тише, тише! — приструнила детей мама. — У каждого должна быть мечта.
— Это не мечта, а блажь!
— Мечта у всякого своя! Порой необычная! — бельчиха погладила Чудного по головке. — Знаешь, сынок, когда белка прыгает с ветки на ветку, это и есть полёт. Короткий, но всё же полёт. Так что мы все немножко можем летать.
— А я хочу не короткий, а долгий полёт! Чтоб можно было парить!
— Хорошо. Может у тебя и получится. — улыбнулась мама. — Порой сама мечта даёт крылья.
После того разговора Чудной каждый день отбегал в сторону от своего семейства и прыгал с ветки на ветку, норовя посильнее оттолкнуться и улететь как можно дальше. Он рос, становился сильнее и без устали прыгал, прыгал и прыгал. Однажды, когда он присел отдохнуть, он услышал глухой голос:
— Не умаялся ещё?
Он поднял голову и увидел сову, сидевшую на верхней ветке.
— Нет, не умаялся.
— А зачем ты себя так изнуряешь?
— Хочу научится летать.
— Зачем? — подивилась птица.
— Мечта у меня такая. — Чудной вздохнул и с завистью оглядел сову. — Жалко, что у
меня нет крыльев.
— Они к тебе ни к чему. — сказала сова и видя, как загрустил бельчонок, добавила.
— Ежели желание велико, то можно и до были домечтаться. А как ты учишься летать?
