– Добрый вечер, – расплылся в улыбке бармен. – У нас есть все, что только душа пожелает. – Он красноречиво повел рукой, как бы демонстрируя богатство выбора. – Я вижу, вы у нас человек новый, но уверен, что вам у нас понравится.
– Не сомневаюсь, – кивнул Мазур. – Уже сейчас я преисполнен симпатии.
– Что закажете? – преданно смотрел бармен. – Рекомендую наш фирменный коктейль. Постоянные клиенты просто обожают его.
– Я здесь по другому делу. – Мазур решил не откладывать дело в долгий ящик. – У вас был наш человек, вот он, – Мишель продемонстрировал бармену фото тамбовца. – Я хотел бы знать, что здесь произошло.
С величайшим вниманием бармен всмотрелся в фото и отрицательно покачал головой.
– Нет, к сожалению, не могу вам ничем помочь. Народа у меня бывает много, особенно по вечерам, но этого парня я не помню.
Глядя на его физиономию, с забегавшими глазками, Мазур совершенно четко понял: врет. Тем более после того, как видели, что Семенов входил сюда.
– Еще раз прошу вспомнить, – настоятельно порекомендовал легионер бармену.
– Я же говорю – не видел, – отрезал тот. – Будете что-нибудь заказывать или…
– Или, – ответил легионер.
Мазур не любил банального рукоприкладства, но ничего другого ему не оставалось. Да и времени особо не было. Схватив бармена за шею, легионер приложил его к прилавку. Глухой стук от соприкосновения головы с твердой поверхностью возвестил, что процесс вспоминания перешел в новое русло.
– Ну что?
– Ей-богу, не знаю! – вскричал бармен.
Еще несколько ударов о твердую поверхность оживили в нем память.
– Да-да, я вспомнил, конечно же, я вспомнил, клянусь мамой! – быстро затараторил испуганный работник барной стойки.
– Говори, я тебя внимательно слушаю, – хладнокровно произнес Мазур.
– Да, я вспомнил, – заговорил он, понимая, что голова – вещь хрупкая. – Был он здесь, этот солдат. Пришел, заказал пива с воблой. Я еще тогда удивился – что за варварский обычай. Но я же не знал, что он ваш человек.
В ходе задушевного разговора у бармена начала восстанавливаться память. Он вспомнил Семенова, вспомнил и Милована Крайковича с его фургоном. О похищении бармен не сказал ни слова, однако он о нем ничего и не знал.
Как же это все было похоже: самоуверенный, наглый вид того, у кого приходилось выуживать информацию, короткое внушение, и у человека внезапно просыпалась память, включались «забытые» моменты. Сколько такого приходилось проделывать Мишелю Мазуру и в Нигерии, и в Сомали, и в Никарагуа. А теперь вот и косовский опыт.
– Вроде они и уехали вместе, – дополнил вечер воспоминаний бармен.
– Пожалуйста, подробнее о Миловане Крайковиче, – возобновил допрос Мазур.
– Я ничего не знаю…
Два удара под дых лишили веселого бармена способности изворачиваться, и разговор пошел еще живее.
– Да вы знаете, кто такой Крайкович? – попробовал тот зайти с другой стороны. – Вы понимаете, что это за человек?
– Вот об этом я у тебя и пытаюсь разузнать…
– Крайкович – это правая рука Пелагича, – уныло сказал бармен. – Это человек, с именем которого связано все происходящее здесь. Если Божидар задумывает, то Милован осуществляет.
– И что, хорошо ты с ним знаком? – поинтересовался Мазур.
– Да уж неплохо, – сознался бармен. – А как же иначе? Хочешь жить, умей вертеться! Это вам хорошо, вооруженным, не боящимся ничего. А у меня все, что есть, – этот подвальчик. Кроме того, семья. Две семьи, – поправился он. – И всех нужно кормить, одевать и прочее. Так что я человек зависимый, и мне нужно дружить со всеми, кто заходит в мой погребок. Мне нет дела до политики. Мое дело, чтобы человек вышел довольным отсюда – сытым и пьяным, и чтобы он захотел снова вернуться, а еще лучше – привести сюда друзей.
– Да, поговорка у вас точно такая же, как у меня на родине, – покачал головой Мазур. – Вот так же говорят и у нас.
– Так она повсюду одинаковая, – криво усмехнулся бармен. – Жизнь везде похожая. Вы что думаете, работа бармена сильно отличается в разных странах? Так это вряд ли, смею вас уверить.
– Это точно, – подтвердил легионер. – Вот слушаю я тебя и понимаю: еще немного, и я просто расплачусь. Поэтому, чтобы этого не случилось, мне нужно поговорить с Пелагичем.
– А при чем тут я? – попытался закосить под дурака бармен. – Я человек маленький и переговоров не веду. Мое дело – что? Обслужить человека, который решил посидеть у меня в погребке…
Бармен нервно принялся вытирать и без того сухую, как пустыня Сахара, стойку.
– Не смеши меня, – лаконично произнес Мазур. – Ты знаешь, у меня не так много времени, поэтому моя вежливость может быстро закончиться. И в этом случае я просто не знаю, что ты выиграешь. Наверное, ничего.
– О чем вы говорите? – Глаза бармена бегали все быстрее. Если бы проводился конкурс или чемпионат на скоростные движения глазами, то он обязательно занял бы там одно из первых мест. – Я ведь и так сказал вам больше, чем следовало.
– Все о том же: если ты знаешь Крайковича, то должен иметь и канал выхода на его шефа – Пелагича. Скажем, это мобильный телефон. Что, не так?
– Ну, я не знаю… – замялся бармен.
– Зато я знаю, – коротко заключил Мазур. – Телефон!
