Видимо, мотоциклист так не думал. И не пытался убежать. Ни звука с другой стороны. Лучше бы ломанулся прочь. Потому что, раз остался, столкновения не избежать.
– Не тяни время, – сказал Шаталов. – Могу случайно подстрелить, тебе это надо?
В ответ из-за трактора раздался тихий смех. Каким-то образом этот смех словно снял завесу в памяти Шаталова. Он вспомнил, где видел того парня, что сейчас лежал у ворот. «Вот так перевезем!»
Мозаика начала собираться.
– И ты назови себя! – ответил голос из темноты. – Твой сербский лучше с каждым днем!
– Радо Аджич, – представился Шаталов и вернул пистолет на предохранитель. – А ты? Юрий Борисович или еще как?
– Гораздо проще. Зови меня Дедой.
Раздались шаги, из-за трактора вышел Бек. Шаталов поднялся ему навстречу.
– Рад тебе, Деда! – сказал он по-русски.
Они обнялись.
– И я тебе, Радо!
Место и обстоятельства встречи не располагали к сантиментам.
– Кто еще в здании? – уточнил Шаталов.
– Живых – только мы с тобой. Одиннадцать «двухсотых» по углам.
– Как справился?
Бек отрицательно покачал головой.
– Это мои люди, Шатай. Из местных. Я не «справился». Я опоздал.
Шаталов не стал задавать лишних вопросов, просто принял к сведению. Всему свое время. Сочтет нужным – объяснит.
Бек обмотал фонарик лоскутом ткани. В приглушенном свете передвигаться и ориентироваться стало значительно легче. В дальнем углу рядом с копной полусгнившего сена на драном рубероиде валялись вилы.
Бек отдал Шаталову фонарик и начал откидывать сено в сторону. Под рубероидом в земле обнаружился люк. Шаталов открыл его и посветил внутрь. Небольшой подвал был под завязку заполнен ящиками серого и зеленого цвета с маркировкой цифрами и кириллицей.
– Твое барахлишко? – спросил Шаталов.
– Поможешь вывезти? – ответил Бек.
Шаталов связался с Миличем и вкратце изложил расклад: одиннадцать трупов, только мужчины, осколочные и огнестрел, явно схлестнулись две банды. Могут быть сюрпризы, приезжать лучше с саперами в светлое время суток. Да, уже уехал. Да, в городе. Да, немножко отосплюсь.
Рассмотрев подвал внимательнее, Шаталов сделал свои выводы. Среди различного оружия и амуниции имелись противопехотные мины, аккумуляторные батареи, бобина колючей проволоки…
– Хороший схрон, – похвалил Шаталов. – Все для обороны, не для атаки. Что собирались защищать?
– Как всегда! – невозмутимо ответил Бек. – Родину.
Растяжку на входе не стали оставлять саперам, аккуратно обезвредили сами, чтобы не мешала при переноске тяжестей. Шаталов пригнал пикап, мотороллер Бека забросили в кузов. Погрузка заняла половину ночи. Упахались и взмокли. До Глоговаца ехали с оружием на коленях. Обошлось без происшествий – дороги Косова ближе к ночи вымирали, по пути не встретили ни одной машины.
Сил на разгрузку не осталось. Загнали пикап в гараж, из кузова забрали только мотороллер. Пока Шаталов возился с ржавыми запорами ворот, Бек стоял чуть в стороне и задумчиво разглядывал старого друга.
Почувствовав его взгляд, Шаталов сказал, не оборачиваясь:
– Если ты по своей программе, я с пониманием. Чем могу, помогу. Подброшу, выгружу, привет-пока. Просто мне показалось, у тебя что-то пошло не по плану. Короче: помощь нужна?
– Прокатимся? – спросил Бек.
Два здоровых мужика на мотороллере смотрелись бы смешно, если бы не стволы автоматов за плечами. Да и смотреть было особо некому. Ехали около часа в сторону Приштины, потом Бек свернул на второстепенную дорогу и вскоре остановил мотороллер в холмах у какого-то заброшенного автохозяйства. От дороги вниз и вверх по склону тянулись виноградники.
Они оставили мотороллер в междугрядье и дальше двинулись пешком. Молодые виноградные грозди, еще не набравшие цвет, прятались в густых ветвях. Начало светать.
– Югославы уходят, – наконец решил что-то объяснить Бек. – Отводят армию за пределы Косова, решение уже принято. На их место придут миротворцы ООН.
– Из каких стран? – уточнил Шаталов.
– Правильный вопрос. Все НАТО тут как тут. Попилили край на зоны ответственности. За их спиной ОАК станет единственной реальной силой.
– Где-то я такую схему уже видел.
– И еще не раз увидишь – действует же!
Они поднялись на макушку холма. Света прибавилось. Бек протянул Шаталову бинокль и указал направление.
– Моя задача – несколько дней приглядеть за аэропортом «Слатина». На всякий случай.
Шаталов взял бинокль и долго разглядывал взлетную полосу, рулежки, склады и ангары.
– Вдвенадцатером? – уточнил он.
– Аэропорт пока формально под контролем армии, – сказал Бек. – До отвода войск ОАК сюда не сунется.
Вдалеке поблескивал стеклянными стенами пассажирский терминал. В стране, целиком превращенной в бесполетную зону, аэропорт – не самое людное место. Шаталов запоминал расположение вспомогательных технических зданий, пустых стояночных площадок для самолетов, геометрию внешнего забора, поверху украшенного колючей проволокой. В поле зрения попал шлагбаум на одном из въездов.
– А местные военные давно в штатском ходят? – уточнил Шаталов у Бека. – Или я что-то упустил?
