– Твоя… Благович…
– Убита? – воздуха едва хватило на такое короткое слово.
– Пропала. Среди убитых нет. Возможно, не ночевала в госпитале. Либо ее забрали с собой.
Шаталов через две ступеньки взлетел на третий этаж. На лестничной площадке раскинулось тело медбрата с огнестрельной раной в затылке.
В жилой зоне работал телевизор, шел «Магазин на диване». Шаталов сунулся в первую же открытую дверь. Окровавленная смятая постель была пуста. На полу рядом лежало тело, закрытое простыней. Он подошел и приподнял край ткани. Мысленно извинился перед покойным, что потревожил.
Но Шаталову нужно было знать точно. Он переходил из комнаты в комнату. В рекреации белозубый ведущий демонстрировал товар: пять ножей по цене двух. Идеальный баланс и отсутствие необходимости частой заточки. Посмотрите, как легко филейный нож справляется с вырезкой! Если оформить заказ прямо сейчас, получите бесплатную картофелечистку. Торопитесь, предложение ограничено. На диване перед телевизором лежала мертвая женщина. Посиневшее лицо, задранный халат, голые ноги. Видимо, полицейские к ней еще не подходили.
Шаталов вошел в очередную дверь и сразу почувствовал, что Ясна жила именно здесь и была в комнате совсем недавно. Кровать расстелена и смята. Ящики тумбочки выдвинуты, шкаф распахнут, содержимое свалено на полу. В подтверждение своих догадок Шаталов увидел на стене приколотую кнопкой фотографию: Ясна и Штерн на ступенях госпиталя в Белграде. На заднем плане слегка в расфокусе – «уазик» защитного цвета.
Шаталов спрятал фотографию в карман, обошел комнату. Взял со стола авторучку со сплетенными сердечками «От сердец к сердцам». У изголовья кровати опустился на колени, закрыл глаза, прижался лицом к подушке.
Завотделением Слович уткнулся в вафельное полотенце, его душили слезы:
– Мы же лечили их здесь! Раны зашивали, пули извлекали, выхаживали…
Шаталов снова отвлек Милича:
– А этот врач… швейцарец-благотворитель…
– Штерн?
– Наверное. Который уехал к бандитам парламентером. Он уже вернулся?
– Насколько мне известно, нет, – сказал Милич. – Почему спрашиваешь?
– Чуйка, – ответил Шаталов по-русски.
В коридоре желтого дома Смук подвел Штерна к одной из дверей. Тот заглянул в глазок.
Сквозь решетки на окнах и замазанные белой краской стекла пробивался тусклый свет. Ясна с прямой спиной сидела на краешке кровати и смотрела в стену перед собой. Пальцы впились в колени.
Штерн выпрямился, молча кивнул. Они пошли дальше по коридору.
– Ну что, та? Не ошиблись? – негромко уточнил Смук по-немецки.
– Все точно. Недостающий элемент нашей коллекции. Вишенка на торте.
Весь двор перегородили три легковушки. Для заброски отряда Бека к аэропорту Маевский привлек надежных «дружинников» со своими машинами. Пикапом Шаталова должен был управлять Небойша. В раскрытые багажники бойцы подтаскивали большие дорожные сумки с оружием и амуницией – только то, что нужно было в первой фазе операции. Прочее укладывалось в кузов пикапа под брезент.
Шаталов протиснулся между машинами и вбежал в дом. По дороге он поймал Цветко и, ни слова не говоря, потянул за собой.
Бек нагнулся над картой аэропорта и окрестностей, что-то замеряя линейкой. Распахнулась дверь, и Шаталов втащил за собой Цветко, усадил его за стол, а сам ткнул пальцем в карту:
– Смотри, Деда! Цветко, скажи ему! Вот Глоговац, а вот – горы! Вот здесь… здесь доты. Здесь минное поле. Не пройти! Но отсюда… Цветко, скажи!
– Какое поле? – нахмурился Бек. – Какие доты? Ты о чем?!
Цветко, видимо, быстрее догадался, что хочет сказать Шаталов.
– Мы с Илиром сегодня обсуждали, что в «Гнездо» Смука есть проход через горы – почти в центр долины, в обход всех дорог. Радо хотел сказать…
– Весь госпиталь вырезали, Бек… Деда! Раненых, врачей, всех! Ясна! Она у этих зверей, понимаешь? И мы ее заберем!
– Подождете нас с Радо у машины, ладно? – попросил Бек.
– Конечно, безусловно… – Цветко робко, сочувственно взглянул на побледневшего Радо и вышел.
Шаталов метался по комнате. Положил на кровать рюкзак, рядом бросил десантный «калашников», из-под кровати выдвинул тяжелую коробку.
– Раз сразу не убили, значит, жива! – рассуждал он вслух. – И надо спешить! До точки всего десять кэмэ. Оружия хватит, сделаем быстро!
Бек наблюдал, как друг запихивает в рюкзак ручные гранаты и снаряженные магазины. Наконец, спросил:
– Ты охренел, Шатай? Вдвоем, даже с ополченцами, мы твою Ясну все равно не спасем. Для точечного проникновения на защищенную территорию нужны ребята посерьезней… Сейчас наша цель – аэропорт!
Шаталов закинул рюкзак за спину, взял автомат, процедил сквозь зубы:
– Отлично! Справлюсь один.
– Не сейчас!
– Да пошел ты!
Бек перехватил его у двери, впечатал в стену. Шаталов пытался вырваться, тяжело дышал, раздувая ноздри.
