Революционный 1848 год принес Банату, Срему и Бачке межнациональные столкновения. Венгерская политическая элита требовала у австрийского императора демократических и национальных свобод, но на тех территориях, которые венгры сами контролировали, они настойчиво занимались формированием единой и неделимой
Воеводой объявили полковника (потом генерал-майора) Стевана Шупликаца, серба из Военной Краины, послужившего и в австрийской, и во французской армии. Вместе с хорватским полком этот офицер участвовал в трагической «русской кампании» Бонапарта, от щедрот которого даже получил орден Почетного легиона, за проявленную в боях со славянскими врагами отвагу. 35 лет спустя, в дни Майского собрания, Шупликац был занят подавлением антигабсбургского восстания на севере Италии, но, как только отвоевал свое и дождался одобрения императора, вернулся на берег Дуная, чтобы заняться формированием «королевского австрийско-сербского корпуса». Завершить это дело он не успел, поскольку умер от лихорадки. Скончался Шупликац в Панчеве; у городской больницы с недавних пор стоит выполненный в современной пластичной манере памятник генералу, с выпуклыми орденами, с пушистым султаном над кивером, с широкой перевязью и острой саблей. Подумайте только, как пересекались в Европе XIX столетия освободительные и охранительные тенденции: Шупликац, оккупант России и душитель Рисорджименто, разделял стремление своего народа к большей самостоятельности, оставаясь верным слугой императора!
Анастас Йованович. «Стеван Шупликац фон Витез». Рисунок. 1845 год. Национальная библиотека Сербии, Белград
В конце 1849 года, когда венгерский бунт был (с решающей помощью российских войск) подавлен, Франц Иосиф учредил отдельную административную единицу, которой присвоили сложное название Воеводство Сербское и Темешварский банат. Неформально это территориальное образование называли Воеводиной. Великим воеводой (
В ту пору над землями южных славян веяли ветры объединения, сербы и хорваты робко мечтали об общей свободе. В разных краях и разных общественных кругах ее благородный образ представляли себе по-разному, причем собственная государственность являлась во снах только к самым отъявленным мечтателям. В 1860-м закончилось даже урезанное сербское самоуправление: Франц Иосиф уступил интересам немцев и требованиям венгров и упразднил воеводство, сохранив за собой пустой титул, а православным подданным оставив только религиозную свободу. До 1918 года то, что замышлялось как
И вот я отправился исследовать спиритуальный центр императорской Воеводины, Сремски-Карловцы, теоретически изящный городок к югу от Дуная, километрах в десяти от Петроварадина. В Карловцах обнаружилось подобие продуманного архитектурного ансамбля: солидные, чисто габсбургского вида, здания, стоящие бок о бок друг с другом храмы восточного и западного христианских обрядов, красивый фонтан с четырьмя извергающими холодные струи львиными мордами. В сторонке, но неподалеку обнаружились еще Институт сербского народа (очевидно, центр изучения его земного и небесного путей), а также примета новых времен, агрессивно наступающий на местные традиции китайский торговый центр.
