–Вот это по-нашему! – восхитился Негодяй. – Я тоже уверен, что все беды в мире проистекают именно от англосаксов! Я полностью согласен с вашей точкой зрения! Я с вожделением жду того момента, когда Англия покроется льдом и сугробами!
–Возможен другой вариант развития событий. И он очень неплох! Более того, он великолепен!
–Вы о глобальном потеплении?
–Ну конечно же! Если оно ускорится, то поднимется уровень мирового океана и Англия полностью исчезнет под водой!
–Какая, однако, приятная для нас перспектива!
–Да чёрт с ними, с англосаксами! Вернёмся к шаурме… Да, я тоже обожаю сей продукт, – оживился я. – Вы какую шаурму предпочитаете, в булке или в тонком лаваше?
–Однако, каков переход!
–А вы как хотели?! Игры разума, знаете ли… – ухмыльнулся я. – И так. Шаурма! Лаваш или булка?
–Синьор! Что вы такое говорите!? Только лаваш! И только он! Какая может быть булка!? Пусть ею питаются эти мерзкие зануды-лягушатники! И закусывают улитками на фоне своей ржавой башни!
–Полностью с вами согласен! – усмехнулся я. – Вы, оказывается, были во Франции?
–В другой жизни был… Отведал вдоволь трюфелей, лобстеров, устриц и жареных каштанов.
–И как?
–Каштаны мне понравились более всего. Но негры не понравились… А вообще-то Париж… – Негодяй поморщился.
–И что с ним не так?
–Он мне абсолютно не понравился.
–Мне тоже, как ни странно…
–Ничего в этом странного нет. Дерьмовый город, как, впрочем, и все другие города на свете, кроме одного.
–И какого же?
–Пока не скажу.
Мы некоторое время скорбно молчали, выпили без тоста.
–Сударь, что вы думаете о любви? – спросил я легко и небрежно. – Эта тема, знаете ли, с некоторых пор стала меня очень сильно занимать, интересовать, тревожить и волновать.
–Что я думаю о любви? – печально произнёс мой собеседник. – Была у меня некоторое время назад любимая женщина.
–И что с ней стало? Почему вы без неё! Что случилось, где она?! – жадно спросил я.
–С ней кое-что случилось, и со мною кое-что приключилось… – напрягся Негодяй и как-то странно посмотрел на меня.
–Ну, ну!?
–Короче, застукал я эту стерву с любовником в нашей супружеской постели и ушёл от неё навсегда!
Негодяй хватанул пол стакана водки и расплакался.
–Ну, успокойтесь, мой друг! – я похлопал собеседника по плечу. – Полноте. Рано или поздно с нами со всеми происходит эта вечная, как мир, и очень печальная история. Женщины непостоянны, капризны, непредсказуемы, склонны к измене и очень коварны.
–Да, согласен.
–А кроме этого они крайне злопамятны, очень мстительны и злобны, знаете ли. Собственно, мы тоже и отнюдь не всегда ангелы. И закономерно, и вполне справедливо вызываем у них ответные чувства. Увы… – нахмурился я печально, а потом скорбно.
–Отнюдь не со всеми происходят данные истории! Отнюдь, отнюдь! Существуют же на этом свете преданные и верные женщины!? А вечная любовь?! Вы в неё верите? – Негодяй напрягся.
–В вечную любовь я верю, – глоток некачественной водки слегка обжёг мне горло.
–Вот как?
–Да. Ну, а насчёт верных и преданных женщин… Их нет! Увы, увы. А, впрочем. Возможно, возможно… Может быть имеются такие дамы где-нибудь в Гималаях. Знаете, таятся они в глубоких и мрачных пещерах и не выходят на свет Божий? Но, здесь, вокруг себя я до сих пор, увы, таких не замечал, не наблюдал и не встречал, – печально пробормотал я. – Жаль, что я не бывал в Гималаях.
–Я тоже. Суки! – всхлипнул Негодяй.
–Совершенно с вами согласен, сударь! – усмехнулся я. – Кругом одни суки! Ходят стаями и хищно щёлкают искусственными белоснежными клыками, а кроме этого зазывно трясут огромными грудными протезами. Дуры крашенные и накаченные всякой ерундой!
–Ненавижу!
–Я тоже!
–Искоренить их всех!
–Полностью согласен!
–За виселицы и гильотины!
–За них! И ещё за костры!
–За них! И ещё за расчленение и за дыбу!
–Превосходно!
–Брависсимо!
–Сударь, а как же ваша квартира? Или дом? – очень осторожно поинтересовался я.
–Что?! Какая квартира?! Какой дом!? Причём тут квартира или дом!? Я о любви, а вы о чём?! – возмутился Негодяй.
–Ну, как я понял, вы сейчас бесприютны? Где-то же вы жили ранее? Не всегда же обитали на помойке?
–Жил, был, плыл легко и беззаботно по жизни и не тужил. Пил, жрал, и добра наживал… – усмехнулся Негодяй.
–Ну и почему же, сударь, вы, допустим, не разделили с женой квартиру или дом, и не продали их во время или после развода? Она или он, вообще-то, чьи? – поинтересовался я.
–Моя… Квартира. Трёхкомнатная. В полной моей собственности. В центре. Осталась от родителей. И не разведён я пока!
–Ничего не пойму!
–Я тоже почти ничего не пойму! Но, дети, однако… Две сиротинушки. Две девочки-близняшки.
–О, как! Тогда понятно.
–Да, вот так! Растут, мои ангелы неприкаянные, без отцовской любви и ласки! Ах, как я безумно люблю своих детей и свою бывшую жену, и скучаю по ним! Вы бы знали! – безутешно расплакался мой собутыльник и почти стал рвать волосы на голове. – Горе мне! О, горе!
–Да, весьма скорбная история. Весьма… – опечалился я. – Не знаю, что и посоветовать, и чем помочь.
–Да, вот так…
–Ну, вот и поговорили мы о любви! – рассмеялся я.
