Сама по себе крутящаяся песчаная завеса не представляла никакой особенной угрозы, несмотря огромную скорость перемещения над засыпанной бесчисленными каменными обломками равниной. В разряженной атмосфере, да при силе тяжести чуть более трети «же» самая свирепая на вид буря просто не в состоянии нанести даже минимальный ущерб не то что квадроциклу, но и обычному человеку в скафандре. Чего не скажешь об обломках из-под колес, время от времени проносящихся мимо с пугающей скоростью.
«Нужно взять чуть в сторонку, — решил Алекс. — Не самая лучшая идея плестись в кильватере роновой машины. Того и гляди засветит в лоб чем-нибудь неудобоваримым, расхлебывай потом.»
Он вывернул руль влево и последовал вдогонку за квадроциклом напарника параллельным курсом.
«Так-то лучше. И вообще, нам можно считать, еще повезло. Весенние бури куда злее, осеннее ненастье пережить гораздо легче.»
Осень… Осень на Марсе.
Время очередных сезонных климатических изменений. На Земле в эту пору небо покрывается мрачными тучами, непрерывно извергающими из себя мелкий противный холодный дождь, навевающий сплошную тоску и уныние. А вот здесь никогда не бывает дождя, только песчаные бури, дающие, впрочем, не меньше поводов для дурного настроения.
Как сказал великий русский классик?
«Унылая пора! Очей очарованье…»
Унылая-то она унылая… и ведь не поспоришь. А что до очарования, то это, как говорится, на любителя. Пока что кругом лишь пыль да песок и никаких поводов для каких-то немыслимых восторгов, не говоря уж о восхищении.
Если по-хорошему, то следовало бы переждать это светопреставление в каком-нибудь уютном заведении в Маринер-сити, а в путь пускаться лишь при полном безветрии и ясной погоде. Э-эх… мечты, мечты… Окончания очередной песчаной бури здесь можно ждать месяцами, которых у нас, к сожалению, нет. Одно слово — осень…
— неожиданно пришли на ум строчки из песни.
Алекс криво усмехнулся в тщетной попытке разглядеть хоть какой-нибудь более-менее отчетливый ориентир в бешено извивающихся вокруг него пыльных струях.
«Очень уместно. Особенно насчет колючести местного песка. Вот уж где поэт не соврал ни на йоту. А по поводу марсианских городов — это, извините, чистая выдумка. Нет здесь никаких городов за исключением Маринер-сити… ну, и нескольких военных баз, которые, строго говоря, не в счет. И никогда не было. Так что мечты о древних мудрых марсианах… а главным образом о божественно прекрасных марсианках, к сожалению, так и остались всего лишь красивыми мечтами. Как, впрочем, и вода в каналах. В лучшем случае тончайшая шапка из инея на полюсах, да и то, в основном из углекислоты.»
Словно в насмешку зловредный ветер тут же бросил в лицо довольно ощутимую порцию того самого песка. Будто затем, чтобы излечить от бесполезных мечтаний и вернуть обратно с небес на грешную землю… э-э-э… вернее, на абсолютно безгрешный Марс. Алекс протер ладонью стекло шлема и только тут обнаружил, что огни роновой машины пропали. В тревоге он бросил взгляд на навигатор и сразу же успокоился. Маяк по-прежнему выдавал четкий сигнал, согласно которому напарник перемещался гораздо правее и впереди, следуя прежним курсом.
— Рон! — позвал Алекс. — Я потерял твои огни. Не отрывайся, мало ли что.
— Крис, — поправил Рон. — Давай будем придерживаться старой легенды. Мало ли что.
Алекс тут же надулся и недовольно засопел. Впрочем, его раздражение было направлено скорее не на Рона, а прежде всего на самого себя.
«Мало ли что, — передразнил он. — Ишь, издевается. И ведь ничего не скажешь, кругом прав. Если кому-то придет в голову слушать наши с ним разговоры, то ему вовсе ни к чему знать настоящее имя моего собеседника. Даже не сомневаюсь в том, что оно способно навести интересующихся нашими делами на абсолютно ненужные мысли. Но я-то хорош! Сам инструктировал, и сам же нарушил! Расслабился… стишки вспомнил… Это все буря виновата.»
— Крис! — снова позвал он на сей раз абсолютно политкорректно. — Долго нам еще?
— Не менее получаса, — тут же отозвался Рон. — А по такой погоде и все сорок минут. Сам видишь…
— Черт! — выругался Алекс. — Еще полчаса подобного безобразия я не вынесу.
— А куда ты денешься? — резонно заметил Рон. — Сам виноват. Ни за что не поверю, что тебе не удалось достать приличный антиграв. Через пятнадцать минут были бы на месте. А так… Не знаю, может, ты какое-то особенное удовольствие получаешь, купаясь в пыли по самую макушку?
— Что ты знаешь об антигравах? — насупился Алекс. — На Марсе антигравы есть только у военных да в туристических компаниях, а все прочие пожалуйте на квадроциклы. Да и то сказать, куда здесь ездить на антиграве обычному горожанину?
— Но ты-то не обычный.
— Вот потому-то мы и маемся на этой моторизованной кавалерии. Дабы избежать излишнего внимания.
