— Думаешь, кого-то могли бы заинтересовать двое горожан, решивших впечатлиться красотами Долины Маринера? — фыркнул Рон. — Не верю.
— Ага. Особенно хороши указанные красоты в песчаную бурю. И потом… Венера научила меня не относиться пренебрежительно к противнику. Лучше уж не выделяться на общем фоне.
— А причем здесь Венера? — удивился Рон.
— Думаешь, катастрофа «Феникса» случилась сама собой? Тогда ты куда более наивен, чем я предполагал.
Наушники донесли до Алекса обиженное сопение. Однако напарник ничего не сказал, очевидно, предпочитая благородное молчание.
— Кстати, я так и не поблагодарил тебя за спасение. Думаю, это было непросто даже для вас.
— Это точно! — примиряюще хмыкнул Рон. — Особенно на заключительном этапе во время полета через облака. Дьявол! Нас тогда здорово попятнало кислотой, перепонки в нескольких местах прожгло аж насквозь. Больше всего я боялся за глаза, летел почти вслепую. Но, как видишь, все обошлось.
— Поверь, я искренне вам благодарен.
— Да ладно, проехали, — беспечно отмахнулся Рон. — Уверен, ты бы сделал для нас то же самое.
«Можешь не сомневаться, — подумал Алекс. — Именно этим я сейчас и занимаюсь.»
Справа сквозь рыжевато-белесую крутящуюся завесу мало-помалу проступила некая огромная темная масса. Алекс не успел ни как следует удивиться, ни окликнуть напарника, как она мгновенно оформилась в круто уходящую прямо в небеса сильно изрезанную каменную стену. Бросив взгляд на навигатор, он понял — они вплотную приблизились к северной границе Долины. Крутой склон уходил куда-то на немыслимую высоту, так что верхний гребень полностью терялся в бешено несущихся струях пыли.
Алекс непроизвольно повернул голову влево, но в песчаном мареве разглядеть по-прежнему не удалось абсолютно ничего.
«А что ты хотел? — подумал он. — До южных склонов отсюда километров пятьсот, ты не увидел бы их даже в самую ясную погоду. Долина только из космоса выглядит этаким изрезанным ущельем, а на самом деле — такая же плоская равнина, как и все прочие. Туристы поначалу тоже испытывают одно сплошное разочарование. Где, спрашивается, извилистые каменистые тропы, петляющие между готовых вот-вот сомкнуться каменных стен? Где таинственные лабиринты, в которых ничего не стоит затеряться так, что без применения специальных средств отыскать заплутавшего человека попросту невозможно? Где шекочущее нервы чувство поджидающей за очередным поворотом неведомой опасности? Марсианские чудовища, в конце-то концов… Нет здесь ничего. Кроме все той же песчаной равнины, усеянной острыми обломками, похожими на зубы дракона, если, конечно, дать волю воображению. Правда, нужно признать, что постигшее туристов уныние как правило длится недолго. Ровно до того момента, пока антиграв не зависнет у подножия одной из каменных стен, Северной или Южной, не имеет значения. И вот уж тут-то эмоции начинают бить через край, потому что зрелище уходящей прямо в небеса сплошной каменной преграды никого не может оставить равнодушным. Словно целая планета в этом месте буквально встала на дыбы.»
Песчаные струи по-прежнему проносились где-то высоко над головой, но рядом с квадроциклами внезапно наступило явное затишье, а видимость улучшилась настолько, что прекрасно различались не только габаритные огни, но и сам Рон, лихо управлявший отчаянно скачущей по камням машиной.
— Стена экранирует нас от бури, — раздался в наушниках его голос. — Так дальше и пойдем. Может, за полчаса и управимся.
«Хорошо, если так, — подумал Алекс. — В нашем деле скорость имеет значение. Главное, чтобы потенциальный противник не успел даже опомниться. Я уж не говорю о том, чтобы что-то предпринять. Особенно учитывая ресурсы и мощь тех структур, которые гипотетически могут нам противостоять… Черт! Может быть, Рон не так уж неправ, когда предлагал воспользоваться антигравом? А я все-таки ошибся? Наверняка получилось бы в несколько раз быстрее… а если кому-то в голову и пришла бы дурная мысль нам помешать, то он просто ничего не успел бы сделать… Хм… Может быть, да, а может и нет. А если бы успел, что тогда? Антиграв — цель куда более заметная и неповоротливая, чем какие-то мелкие юркие квадроциклы. Будем надеяться, что это так и есть, тем более, исправить уже ничего невозможно. Что сделано, то сделано.»
На пути все чаще стали попадаться крупные валуны, которые приходилось аккуратно объезжать, поэтому Алекс волей-неволей прекратил самокопание, целиком сосредоточившись на дороге.
— Еще минут десять, и будем на месте, — раздался в наушниках голос Рона. — Скоро должна появиться довольно приметная группа отдельно стоящих скал. Как увидишь, сбрасывай скорость, придется немного попетлять.
— Принято, — ответил Алекс, сверяясь с навигатором. — Давай вперед, а я сразу за тобой. Только помедленней, чтобы не забрасывать меня камнями. А то уже устал уворачиваться.
