Еще бы не испугаться. Как говорится, всем проколам прокол. И судя по всему, именно по ее вине. Неужели я все-таки в ней ошибся? Не хотелось бы так думать, совсем не хотелось бы. Но как же можно было не заметить такую махину? Н-да… Хорошо, если эта штука не сорвет нам запуск. И кстати, что за странный шлейф тянется за ней по экрану? Никогда не видел ничего подобного.
— Это «Айова», — раздался в наушниках слегка дрожащий голос Сары, — грузовик, порт приписки Паллада. Следует с грузом руды на Весту. Сорок четыре минуты назад получил указание выйти на параболическую траекторию с перигеем сто семьдесят километров. Не понимаю, почему он нарушил предписание… «Айова», на связи пост управления полетами на Церере, диспетчер Сара Пэйн. Ответьте немедленно. «Айова»…
Отметка на экране неожиданно замигала и сменила цвет на красный. Коллинз не успел никак отреагировать, как тут же ожили динамики громкой связи:
— Мэйдэй, мэйдэй… Всем, кто нас слышит. Говорит рудовоз «Айова». Мэйдэй… Наши координаты…
А, черт! Вот только сигналов бедствия нам здесь еще не хватало!
Коллинз обвел глазами помещение диспетчерской.
Так и есть, все оторвались от экранов и уставились на него, даже Сара. Смотрят так, словно ждут, что он, Коллинз, прямо сейчас, не сходя со своего места, сходу разрешит возникшую проблему.
Ах, как все это некстати! Впрочем, кстати подобные случаи никогда не бывают. И все-таки, как нарочно, прямо к отпуску… подарочек…
Он поднялся со своего места и громко произнес:
— Спокойно! Все продолжают заниматься своими делами… Сара! Рассчитай предполагаемую траекторию этой посудины и обеспечь связь с «Иридой», поставь их в известность. Пусть не дергаются по поводу сигнала бедствия. А я пока выясню что и как.
После чего вернулся на свое место, пробежался пальцами по клавиатуре и сказал в микрофон:
— «Айова», говорит Коллинз, пост управления на Церере. Сообщите подробности происшествия.
В наушниках захрипело, затрещало, а затем сквозь шум помех пробился голос:
— Церера, говорит «Айова»… Потеряли ход в результате метеорной атаки… прямо в двигатель… И еще… корабль закрутило вокруг продольной оси, справиться не можем, двигатели ориентации не отзываются…
— Понятно, «Айова»… Еще один вопрос. Что за странный шлейф мы наблюдаем на радаре?
— Шлейф?.. — хрипы в наушниках усилились до такой степени, что голос говорившего различался на их фоне с большим трудом. — А, понял… Разбит контейнер с рудой. Судя по всему металлическая пыль высыпается через пробоины…
Вот черт, подумал Коллинз. Эдак они нам тут все пространство загадят.
Вслух же он произнес:
— Держитесь «Айова», помощь будет оказана в самое ближайшее время. Конец связи.
— Спасибо, Коллинз… Ждем.
Ждите, ждите… все, что могли, вы уже сделали, хоть и не по своей вине.
И как только вас угораздило попасть под метеорный ливень в довольно спокойных в этом отношении окрестностях Цереры? Ни о чем подобном наша метеослужба не сообщала. Выходит, прошляпили? Если так, то разогнать ко всем чертям этих бездельников, чтобы и духу их близко не было… Работнички, так их…
— Сара, — позвал он в микрофон. — Как там «Ирида»? Они в курсе?
— Сообщение отправлено, — в голосе Сары Коллинзу почему-то послышались нотки неуверенности. — Однако, нельзя сказать точно, получено оно или нет. Помехи… Автомат повторяет текст в непрерывном режиме. Подтверждения пока нет.
— Вот ведь… — сквозь зубы процедил Коллинз. — Ладно, вернемся к «Айове». Что там с траекторией? Может ли это дырявое корыто помешать запуску «Ириды»?
— К счастью, нет. Были определенные сомнения насчет того, что «Айова» может попасть под фотонный выхлоп. Однако, обошлось, она уже вышла из опасного сектора. Тем не менее, есть один очень неприятный момент. Траектория рудовоза проходит как раз между нами и «Иридой», из-за чего представляется более чем вероятным нарушение работы радаров, а также радиосвязи, что мы, кстати, и наблюдаем. Виной всему — огромное облако металлической пыли, которое увеличивается в размерах с каждой минутой. Похоже, струя из контейнеров «Айовы» бьет как из фонтана.
Коллинз скосил взгляд на радар.
Более апокалиптичной картины ему видеть еще не приходилось. Значительный сектор экрана сиял ровным, ничего не выражающим, светом, а отметки больших и малых судов, всего лишь несколько минут назад радовавшие глаз своей четкостью и недвусмысленностью, теперь гасли одна за другой, накрываемые неотвратимо наползавшей слабо мерцающей вуалью.
Отметка «Ириды» не стала исключением. Затаив дыхание, Коллинз в полном бессилии наблюдал, как она мигнула раз, другой, затем почему-то ярко вспыхнула и тут же пропала, словно стертая с экрана чьей-то невидимой рукой.
Он закатил глаза к небу, издав никому не слышный вопль отчаяния.
За что?! Скажите, ну за что нам такое наказание?!
