Баллада о проклятой любви полностью

От этой мысли в груди стало легко и радостно. А может, все дело было в том, что ей понравилось просыпаться рядом с Джексом. Этого она хотела больше, чем каких-то камней. Она просто мечтала остаться здесь, с Джексом, и забыть обо всем на свете.

«Ты уже забываешь», – подумала Эванджелина.

Здесь было что-то еще. Она чувствовала это, затаившееся прямо под поверхностью наполнявшего ее блаженства.

«Не обращай внимания», – посоветовала она самой себе.

Но чем сильнее она пыталась не думать, тем больше начинала вспоминать. Сон в таверне. Прекрасный Незнакомец и дротики. ЛаЛа. Предостережение насчет Джекса и камня счастья. Воспоминания резко обрушились на нее. «Он нашел камень счастья, и это затуманивает его рассудок».

Эванджелина закрыла глаза и попыталась убедить себя, что это всего лишь сон. Она не хотела даже думать, что прошлой ночью Джекс просил ее остаться только из-за влияния камня счастья.

Это точно не из-за камня. У Джекса его не было. Прошлой ночью она сняла с него рубашку и видела его голую грудь. При нем не было никаких украшений. На его разум ничто не воздействовало. Он лежал с ней в постели не из-за магии.

А что, если камень в кармане его брюк?

Эванджелина нервно вздохнула. Она все еще не думала, что камень у него, – не хотела, чтобы он был у него. Но убедиться в этом было довольно просто. Одна ее ладонь лежала у него на спине. Ей всего-то и нужно лишь опустить ее ниже…

Эванджелина осторожно скользнула пальцами по его коже. На ощупь она была холодной, гладкой, бархатной, и на секунду Эванджелина почти забыла, что собиралась сделать. Она могла бы продолжать гладить его по спине, исследовать пальцами его позвоночник и рельефный живот. Но она все же спустилась к его брюкам.

Она прикусила губу, когда провела пальцами еще ниже и…

Джекс тихо вздохнул.

Сердце у нее пропустило удар. Она коснулась его кармана и мучительно медленно запустила кончики пальцев внутрь. Ткань была мягкой, а карман…

Пуст.

Камня у него не было. Эванджелина едва не расплакалась от облегчения.

Пока не поняла… что ей не стоило испытывать облегчение. Она должна была хотеть найти камень счастья. Только его и не хватало. Только с ним она могла открыть Арку Доблестей и снять проклятие Лучника.

Но Эванджелина не думала ни о проклятии Лучника, ни об Аполлоне. Не хотела искать камень счастья. Не хотела покидать это место. Здесь она чувствовала себя слишком довольной, слишком счастливой. И ни намека на муки совести из-за убийства Петры. Эванджелина понимала, что это была самозащита, но ведь она должна хоть что-то чувствовать. Она пыталась погрустить, но даже сейчас печаль не появилась. В голове мелькали и другие мысли, которые она упорно отталкивала от себя. Эванджелина не могла ухватиться ни за одну из них, но знала, что они там были.

Неужели все дело в том, что камень счастья затуманил и ее рассудок? Или всему виной ее влечение к Джексу?

Прикусив губу, Эванджелина медленно вытянула ладонь из кармана Джекса. Прежде чем успела все снова забыть, она отстранилась от него и встала с кровати. Но только выскользнув из его объятий, Эванджелина поняла, какую большую ошибку совершила. Ей захотелось вновь лечь рядом с ним и прижаться к его телу. Притяжение стало сильнее, чем когда-либо.

С каждым шагом, что отдалял ее от Джекса, ей казалось, что она поступает неправильно. Но теперь она сомневалась, что может доверять своим чувствам.

Эванджелина заставила себя покинуть комнату и, спотыкаясь, вернулась на первый этаж.

Часы пробили «тосты с чаем».

Звук показался ей таким же ярким и светлым, как лучи утреннего солнца, проникавшие в окна таверны и озарявшие украшенные драгоценными камнями маятники часов и маленького дракончика, который пытался дотянуться до них. Он тыкался в стекло, облизывал его и скребся крошечными лапками в надежде добраться до сокровищ.

– О нет, малыш… – Эванджелина хотела взять дракончика на руки, но вместо этого открыла стеклянную створку и потянулась к одному из маятников, украшенному блестящим камнем. Он был таким красивым и…

Эванджелина отдернула руку и, пошатнувшись, сделала шаг назад. Она узнала это ощущение.

Это был не просто драгоценный камень. Она чувствовала, как в нем пульсирует сила, сладкая и манящая, словно песнь сирены. Перед ней был камень счастья.

Ужасная правда обрушилась на нее, не давая даже вздохнуть. ЛаЛа была права. Камень счастья был здесь. Все это время он затуманивал рассудок Джекса и ее. Ничто из того, что она чувствовала в этом месте, не было настоящим. Чувство безопасности и счастье, растущие чувства к Джексу – все это вызвала магия камня.

Эванджелина должна была испытать облегчение. Она была замужем за Аполлоном и не могла иметь никакого общего будущего с Джексом. К тому же он уже встретил девушку, которая заставила его сердце биться, и это была не она. Эванджелина не была его истинной любовью. Но ей хотелось ею стать.