Несколько дней потребовалось Теодору, чтобы просмотреть все имена, и наконецон нашел то, что искал: неприметная на первый взгляд запись, указывающая на то, что n-го числа 1887 года некий Руфус, вольный наемник без дела и собственности, взял в жены дочь местного бакалейщика Розанну. Дальнейшие записи утверждали, что n-го числа 1888 года та родила от него дочь, которой было дано имя Гармония. Это открытие повергло Теодора в шок, так как Магос не только ни разу не заикался, что у него есть жена и дочь, но он также весьма презрительно всегда отзывался о матримониальных узах, заявляя, что ни одна женщина на свете не заставит его отказаться от прелестей холостяцкой жизни. Тео несколько раз перепроверил информацию и вспомнил, что именно в указанное время Магос действительно, по его собственным рассказам, служил в Глудио у некого гнома по имени Арри.
Прежде чем отправиться на поиски гнома, Теодор просмотрел страницы книги, относящиеся к году своего рождения. Он воспитывался в сиротском приюте недалеко от Глудио, ни один монах никогда не рассказывал ему, кем были его родители. Поговаривали только, что его принесла младенцем одна женщина и сказала, что его родители-крестьяне погибли во время нападения ящеров на их небольшую деревеньку, но никто не мог припомнить, как выглядела та женщина или какую-либо другую информацию. Единственное, что было при нем, — записка, гласящая о том, что отец перед смертью желал, чтобы его сыну было дано имя Теодор в честь великого героя Империи Людей. Но в книге не оказалось абсолютно никакой информации ни о каком Теодоре. Разочарованно захлопнув тяжелый фолиант, Тео отправился на поиски гнома.
Выяснив, где проживает Арри, и не дожидаясь рассвета, Теодор направился прямо к тому домой. На настойчивый стук дверь открыл еще не очень старый, но ужасно сухощавый и сморщенный гномик с большими подслеповатыми глазами. Как только мужчина упомянул, что ищет своего приятеля, и показал гному изображение на медальоне, на него сразу полилась гневная тирада в отношении личности Магоса, который воспользовался добротой простодушного гнома и, получив за его счет профессию, тут же скрылся восвояси. Арри подтвердил, что его работник был женат, но он не знал, на ком. Тогда Тео поинтересовался, не знает ли он некую Розанну, дочь бакалейщика, и обладающий хорошей памятью гном дал ему порядка восьми имен торговцев, которые работали вместе с ним в то время, когда Магос служил у него.
Продолжив поиски, Теодор выяснил, что шесть человек из его списка уже мертвы, и никто из них не имел дочерей. Еще один давно переехал на север, и вот осталось в списке последнее имя некого торговца по имени Марко. Он, согласно рассказам старожилов, был женат на женщине по имени Габриэлла, и их единственную дочь как раз звали Розанной.
Он неловко мялся у дверей небольшого аккуратного шестиугольного домика в нижней части Глудио. Осознавая ничтожность шанса найти здесь Магоса, Тео признался себе, что, кроме этой жалкой зацепки, у него больше нет ни единой идеи о том, где можно найти старого друга. Он поднял руку и, помедлив минуту, постучал костяшками пальцев в толстую дубовую дверь.
— Иду, — отозвался неприятный женский голос.
Дверь слегка приоткрылась, и в ней показалась круглая головка невысокой, но очень толстой старушки.
— Мадам Габриэлла? — спросил Тео, не веря, что эта неприятная женщина может быть Розанной, на которой женился его друг-ловелас.
Женщина обдала его непонимающим взглядом.
— Простите, — опомнился он, — позвольте представиться: меня зовут Теодор, и я ищу Розанну, дочь Марко и Габриэллы.
— Госпожи Розанны уж несколько лет как нет в живых, — покачала головой старушка.
— А кто теперь здесь живет?
— Ее дочь, госпожа Гармония.
«Ее дочь… Неужели, она имеет ввиду дочь Магоса…» — от этой мысли по спине Тео пробежал холодок, но вслух он лишь поинтересовался, может ли он ее видеть.
— Госпожа уже спит. Ей рано с утра надо быть на работе, — сухо отозвалась старуха и начала уже закрывать дверь, но Тео придержал створку ногой и полным надежды голосом попросил пожилую служанку подсказать, где работает ее хозяйка.
— Ты не местный, да? — спросила женщина, широко зевая.
— Наверное, уже нет, — отозвался Теодор, раньше знавший добрую половину горожан, но теперь способный вспомнить лишь имена своих воспитателей, Его Преосвященства и старшего кузнеца.
— Бакалейная лавка — вход прямо с центральной площади, — пробурчала женщина.
— Да, я помню, — закивал головой Тео, — угловое здание с арочной дверью и балкончиком… Так она там работает?
— Она ей владеет, — фыркнула старуха и с шумом захлопнула дверь перед самым его носом.
Проведя бессонную ночь в придорожной ночлежке, с первыми лучами солнца Тео нерешительно направился в сторону центральной площади. Целый вихрь мыслей проносился у него в голове, пока он шел мимо торговых лавок, гильдий и складов.
