Слишком сильно было напугано все английское общество, как укреплением немецкого флота, для которого, по сведениям разведки, даже русские в скором времени собирались заложить на своих верфях минимум два броненосных крейсера, что могло свидетельствовать лишь о полной загруженности немецких верфей, так и удачами русских в отгремевшей войне. Последние, безвозвратно потеряв в общей сложности семь далеко не самых лучших устаревших броненосцев и броненосных крейсеров, умудрились уничтожить аж вдвое большее количество современных кораблей японцев аналогичного класса, в основном построенных на английских верфях и не уступающих кораблям Королевского флота, ни в броневой защите, ни в вооружении. Да и скоротечная гибель «Пауэрфула», являвшегося сильнейшим бронепалубным крейсером в мире, в бою со сходной по водоизмещению броненосной «Славой», а также та резня, что устраивал этот же самый русский крейсер японским бронепалубникам, наглядно продемонстрировали неспособность слабо бронированных кораблей обеспечить защиту торгового флота. А ведь таковых кораблей в составе Королевского флота было большинство! И все они в одночасье превратились в плавающие мишени для броненосных рейдеров, которые как раз и строились, как немцами, так и французами. И даже собственные броненосные крейсера, включая новейшие, также одномоментно сдали свои позиции в силу лучшей вооруженности «Славы», обладавшей вдвое большим количеством орудий главного калибра, нежели любой из ныне строящихся, а также уже утвержденных к закладке в 1905 году, английских одноклассников. Потому, хоть новейший «Дредноут» все же оказался в планах на закладку в 1905 году, прежде английские верфи получили заказы на дополнительные четыре броненосца типа «Лорд Нельсон», а также на полдюжины броненосных крейсеров типа «Инвинсибл», что, по сути, являлись несколько увеличенными «Минотаврами» с двумя 234-мм орудиями главного калибра в каждой из шести башен. Последний факт можно было смело отнести к полной удаче той диверсии в мировом кораблестроении, что столь долго готовили Иванов с Иенишем, создавая «Славу». Да и действия всего русского флота в только-только отгремевшей войне дали немало доказательств к доводам Филиппа Уоттса, главного строителя Королевского флота последних лет, в его споре с сэром Джоном Арбетнотом Фишером. Если последний придерживался мнения, что броненосные крейсера непременно должны были выполнять функции кораблей линии, дополняя собой броненосцы, отчего на них следовало ставить такие же 305-мм орудия, то Уоттс ставил во главу угла их возможность защищать торговые пути и вести разведку, для чего требовалась солидная скорость. Потому-то, в целях максимально возможного облегчения кораблей подобного класса, он настаивал на применении 234-мм орудий главного калибра. И выиграл спор, отчего впоследствии проиграл весь английский флот.
Но не только немцы с англичанами заглотили наживку. В течение последующих двух лет по всему миру оказались заложены аж полтора десятка шестибашенных броненосных крейсеров с 203-мм, 210-мм, 234-мм, 240-мм и даже 254-мм орудиями, тогда как на закончившем модернизацию производственных мощностей Балтийском заводе в середине 1905 года начали собирать кили двух кораблей нового класса — линейных крейсеров. Правда, дабы не множить сущности, по бумагам они проходили, как трехбашенные турбинные броненосцы, являвшиеся дальнейшим развитием типа «Император Александр III» и считавшиеся учебными кораблями. То есть кораблями, на которых судостроители должны были научиться создавать тяжелые суда с новой силовой установкой, а экипажи впоследствии осваивать это новшество, дабы выявить все детские болезни. И это даже было правдой! Частичной. Ведь помимо четырех комплектов турбин Парсонса общей мощностью аж в 80000 лошадиных сил, для «Иоанна Златоуста» и «Евстафия» заказали изготовление шести трехорудийных башен главного калибра и нефтяных котлов. Про совершенно иную форму корпуса можно было даже не говорить. Так что новшеств, о которых мало кто знал, в этих кораблях было куда больше, нежели можно было предположить.
Однако беда пришла, откуда не ждали. Что называется, нашла коса на камень. Так, если изрядно возвысившийся на войне вице-адмирал Макаров в открытую говорил о сильнейшей необходимости срочного пополнения флота десятками новых броненосцев, не говоря уже о куда большем количестве крейсеров и миноносных кораблей, а контр-адмирал Романов изо дня в день вливал своему шурину в уши сказки о десятках потомках «Славы», что непременно должны бороздить просторы всех океанов, барон Иванов, на заданный императором вопрос о пути будущего развития флота, дал весьма нелицеприятный ответ.
