Но если бы ситуация зашла слишком далеко, и орудия кораблей вынуждены были бы заговорить, достоянием общественности непременно стало бы то катастрофическое положение, что ныне имело место быть в Королевском флоте. Самый крупный, самый мощный, самый плавающий, по факту английский флот к концу 1904 года представлял собой колосса на глиняных ногах. Чего только стоил тот факт, что заявившаяся в Балтийское море грандиозная эскадра не имела никакой возможности вести боевые действия. Составленная на скорую руку, как из едва сданных флоту крейсеров, так и из уже мало на что годных броненосцев старых проектов, она еще смогла осуществить переход, на чем ее возможности, собственно, и заканчивались. Чудовищная нехватка офицеров и матросов не позволила набрать даже самый минимум экипажей для всех этих кораблей, отчего львиная доля орудий остались вовсе без потребной прислуги. Так что, сорвись русские и начни бой, еще было не ясно, кто в конечном итоге вышел бы из него победителем. Это у русского флота одной из основных проблем являлась катастрофическая нехватка кораблей и переизбыток военных моряков, многие из которых вынуждены были годами ожидать распределения, прозябая на берегу. Английский же флот все последнее десятилетие страдал как раз от переизбытка кораблей и жесточайшей нехватки даже простых матросов, не говоря уже о подготовленных офицерах. Так по самым скромным подсчетам уже сейчас Королевскому флоту требовалось откуда-то достать не менее восьми тысяч подготовленных матросов и офицеров, чтобы набрать полноценные экипажи хотя бы на корабли, построенные в последние полтора десятилетия. Порой дело доходило до совершеннейшего абсурда, когда едва принятый в состав флота корабль, тут же переводился в резерв, где и ржавел годами, лишь изредка выходя на непродолжительные учения. И при всем при этом изрядно напуганный нагнетенными германофобскими настроениями электорат требовал от правительства принятия все больших мер по защите интересов их страны, что в случае с Великобританией означало закладку все новых и новых кораблей. А итоги морских сражений Русско-Японской войны не замедлили сказаться на их конструктивных особенностях и вооружении. Так резко поднялись акции небольших крейсеров-скаутов и эскадренных миноносцев, которые ценой своей гибели, фактически, обеспечили превосходство русского Тихоокеанского флота. Не были забыты и башенные броненосные крейсера, что японские, что русские. И те, и другие, вполне достойно показывали себя в линейных сражениях, воюя против полноценных броненосцев. Пусть в конечном итоге они получали куда более серьезные повреждения, нежели тяжело бронированные корабли, ставить их в линию при необходимости виделось вполне реальным. Дело оставалось за осознанием, чей проект оказался более жизнеспособным — английский для японцев с разнокалиберной артиллерией, или немецкий для русских, несущий только орудия главного и противоминного калибров. Оба варианта имели, как ярых сторонников, так и ярых противников, что вылилось в очередной раунд противостояния занявшего должность первого лорда адмиралтейства, сэра Джона Арбетнота Фишера и старых адмиралов.
Впрочем, успех русских обеспечил ему не только изрядное количество новой головной боли, но и поспособствовал в разрешении давно назревшей проблемы реформирования офицерского корпуса Королевского флота, который по своей разобщенности и кичливости, на голову превосходил таковой Российского Императорского Флота, при том, что последний назвать демократичным попросту не поворачивался язык. Также весьма быстро и безболезненно удалось продавить решение о списании сотен устаревших кораблей всех классов, несколько десятков из которых впоследствии оказались проданы японцам по цене металлолома, что на время позволило англичанам решить проблему нехватки моряков. А вот вопрос всевозможных экспериментов в части кораблестроения, ярым сторонником которых и являлся Фишер, не то, что оказался в подвешенном состоянии, но в конечном итоге был растянут во времени. Так что чуда создания первого линкора за какие-то полтора года более не случилось. Более не было 12-тичасовых рабочих дней с одним выходным в неделю, не было приоритетного финансирования постройки именно этого корабля, не было передачи механизмов и вооружения, предназначенных для строящихся параллельно броненосцев. Отныне все шло в обычном рабочем порядке.
