И даже Порт-Артур ныне не мог похвастать наличием серьезных орудий. Став второстепенной базой для легких сил, он получил лишь устаревшие шести- и девятидюймовки, снятые со старых броненосцев, крейсеров и канонерок во время их перевооружения. Здесь же остались не менее старые мортиры, установленные еще в 1898 году. Да и то по той простой причине, что демонтировать их стоило денег. Все же самое современное и тяжелое вооружение, что не удивительно, оказалось размещено вокруг залива Талиенван. Причем здесь моряки смогли оторваться по полной и впервые установили башенные орудийные установки, к чему так стремились многие годы и чему эти же многие годы активно сопротивлялось военное ведомство, не желавшее тратить на причуды моряков баснословные средства. Естественно, в условиях дефицита всея и всего, как то: время, финансы, производственные мощности, боеприпасы, на цели фортификации, помимо новейших 152-мм и 254-мм орудий, установленных как раз на столь привычных открытых батареях, пришлось выделять то, что имелось под рукой. А под рукой к этому времени имелись барбетная и башенная установки, демонтированные с «Императора Александра II» и «Императора Николая I» соответственно. Вместо них оба броненосца получили по новой башне с новыми же десятидюймовками, а прежние главные аргументы двух «самодержцев» посредством хитроумных инженерных приспособлений оказались смонтированы на западной и восточной оконечностях едва ли не единственного равнинного участка южного острова Саншандао. Находилось это «плато» на севере перемычки соединяющей в единый остров два каменистых куска суши, так что в результате обе башни могли вести огонь, как в сторону материковой части, достреливая до самого берега, так и в сторону моря, грозя уничтожением любому сунувшемуся к ним на расстояние в 49 кабельтов. К сожалению, имеющееся ограничение вертикального угла наводки станков этих орудий и сила пороховых зарядов не позволяли добивать на дальности действия наиболее современных корабельных орудий крупного калибра. Но зато всякий желающий пустить в ход пушки среднего калибра, непременно попадал в зону досягаемости аж четырех двенадцатидюймовок. Зато модернизация систем подачи снарядов, заряжания и наводки позволили довести скорострельность практически до уровня современных 40-калиберных орудий. Причем обе установки оказались завязаны на одну крепостную центральную систему управления артиллерийским огнем, которая как раз находилась на самой высокой точке острова, отчего тем, кто находился внутри бронированных коробок, даже не было нужды самим лицезреть корабли противника. Данные к артиллеристам поступали с центрального пульта, и последним, зачастую, требовалось лишь заряжать орудия, да сообщать о готовности к стрельбе, выставляя прицел по данным получаемым с командного пункта.
А летом 1903 года едва ли не в самом центре северного острова установили барбетную установку с бывшего «Гангута». Вместо нее навсегда переведенный в класс учебных кораблей броненосец получил палубную восьмидюймовку. Точнее, должен был бы получить, если бы в наличии нашлось хоть одно свободное орудие подобного калибра. Потому пока он, как и перестроенный «Петр Великий», мог похвастать лишь наличием старых шестидюймовок Бринка да несколькими 75-мм скорострелками.
Естественно, далеко не одни эти «тяжеловесы» составляли арсенал столь удобной оборонительной позиции. Там, куда не смогли бы затянуть крупнокалиберную артиллерию, с помощью лома и такой-то матери умудрились поднять орудия несколько меньших калибров. Где еще не успевшие окончательно устареть 229-мм, а где и современные 152-мм пушки надежно перекрыли не только все подходы к островам, но и превратили попытку прорыва в залив даже всего японского флота в самую натуральную русскую рулетку. И все это дело от вполне возможного десанта защищал полнокровный батальон морской пехоты со всеми средствами усиления.
