– Где? – с надеждой спросила Милка.
– За гаражами! – уверенно ответил Егор. – Кстати, у тебя какие планы на сейчас?
– Смотрите и учитесь, – сказала Инга и надменно оглядела подруг. – Только тихо!
Медленно достала смартфон, нажала на кнопку быстрого набора «Мама», тяжело вздохнула, входя в роль, всхлипнула пару раз и даже смахнула с глаза воображаемую слезинку.
– Привет, – сказала Инга голосом очень больного человека, – нет, нет, у меня все хорошо. Просто папа позвонил, хочет сегодня встретиться… Я знаю, что не суббота… Ага… Ага… Хорошо… Обожди, у меня еще одно дело…
Голос больного плавно превратился в голос умирающего.
– Соне папа оплатил кафе на день рождения, завтра все идут… Нет, меня позвали, но… Как я пойду без подарка?
Тут Инга надолго замолчала, подружки затаили дыхание.
– Хорошо, – сказала Инга уж совсем замогильно, – тогда у отца попрошу, все равно будем встречаться…
На сей раз невидимая мама говорила недолго.
– Спасибо, мамочка! – печально завершила разговор Инга. – Ты у меня самая лучшая.
Она отключилась, смартфон звякнул.
– О! – радостно сказала Инга. – Деньги пришли!
Подружки завистливо вздохнули.
– Это еще не все, – сказала Инга, – вторая часть.
И подняла смартфон.
– Алло, папа? Да ничего не делаю… Мама? Мама на работе… Допоздна, как обычно… Слушай, папочка, а мы можем с тобой сегодня на концерт сходить?
Инга от усердия даже брови домиком сделала, хотя отец этого не мог увидеть.
– Ах да, – вздохнула она с надрывом, – пятница же, у тебя еженедельный аврал… Да нет… Поужинать? Пельмени… Кажется… Да я бы сходила в пиццерию, но деньги на карте кончились… Что? Ой, папочка, ты лучший отец в мире! Пока-пока!
Через пару секунд смартфон звякнул еще раз.
– Итого, за два разговора мы имеем восемь тысяч рублей, по-моему, неплохо, – сказала Инга весело.
– Как я тебе завидую, – вздохнула Алиса.
– Мне? – Взор Инги затуманился печалью. – А я вам завидую. У вас нормальные семьи. Мама, которая приходит не в полночь. Папа, которого видишь каждый день… Я бы все отдала, лишь бы…
Инга оборвала себя тяжелым вздохом. Алиса бросилась к ней и обняла.
– Прости-прости! Я не подумала!
И остальные подружки присоединились. Они обнимали Ингу, гладили ее по голове и рассказывали, как ей сочувствуют.
Только Катя осталась в стороне.
– А ты не боишься? – спросила она.
– Чего? – удивилась Инга.
– Ну что мама позвонит папе, – объяснила Катя.
– Я тебя умоляю, – сказала Инга, – они лет шесть вообще не разговаривают. А до этого общались раз в год. Ладно, хватит грустить!
И она победно вскинула карту над головой.
– Гуляем! Я угощаю!
Домой Инга возвращалась в плохом настроении. После квеструма девочки пошли в пиццерию, но пообщаться толком не получилось. Всем постоянно звонили. Бабушки спрашивали, что приготовить на ужин, мамы беспокоились, где их носит, а Катя сама звонила отцу! Ингу это раздражало. Она уже была готова напомнить подружкам, на чьи деньги они едят и развлекаются, но тут Катя заметила ее сжатые губы и спросила:
– Ин, ты чего?
– Ничего, – сказала Инга таким тоном, что все сразу отложили телефоны и посмотрели на нее.
– Что-то случилось? – испугалась Алиса.
– Да все в порядке! – Инга саркастически улыбнулась. – Продолжайте общаться со своими родителями! Продолжайте тыкать мне в нос своими папочками и мамочками! Мне-то никто не позвонит!
Все виновато потупились, но Катя попыталась все испортить:
– Так ты же телефон выключила!
– Потому и выключила, – отрезала Инга, – что никто мне звонить не будет!
Она уже пожалела, что вообще позвала эту Катьку. Та всегда встревала не по делу. Когда Инга завела себе взрослый профиль и закрутила виртуальный роман с двадцатилетним студентом из Питера, Катя поинтересовалась: «Ты же тоже написала, что тебе восемнадцать, почему ты думаешь, что он не врет?» Хорошо, что девчонки пропустили это мимо ушей – они как раз выбивали из Инги подробности переписки.
– Слушайте! – сказала жалостливая Алиса. – А давайте тоже телефоны вырубим! Из солидарности!
Все идею поддержали (хотя кое-кто украдкой успел написать родителям, чтобы не волновались). И снова только Катя упрямо покачала головой:
– Я обещала папе, что буду на связи…
На Катю напустились и начали стыдить – неужели она не понимает, как больно Инге слышать про папу?
– Знаете, – сказала Катя, поднимаясь из-за стола, – я лучше пойду.
– Ну и иди, – усмехнулась Инга. – А мы пока суши закажем. Девчонки, что возьмем? «Филадельфию»?
Катя мгновение колебалась («Филадельфию» она обожала), но все-таки двинулась к выходу.
– Отлично! – Инга помахала рукой, подзывая официанта. – Нам больше достанется.
Инга дошла до квартиры. Дверь была закрыта только на нижний замок. «Опять мама заезжала что-то взять, значит, будет совсем поздно, – поняла она. – Сейчас скачаю фильмец и завалюсь смотреть».
В кухне горел свет.
– Мам? – изумилась Инга.
– И где ты была? – спросила мама.
Голос у мамы был странный, но само мамино присутствие дома в семь вечера изумило Ингу гораздо больше.
– Я ж тебе звонила, – сказала Инга, – папа, как всегда…
За маминой спиной появился еще один силуэт.
