Пафнутьев помолчал, что-то прикидывая про себя. Мелькнувшая невнятная мысль тут же ускользнула, и он мучительно пытался понять, вспомнить — что же промелькнуло сейчас перед ним? Не то догадка, не то вопрос, который мог бы все поставить на свои места…
— Значит, ты говоришь… — начал он медленно, но Шаланда, не поняв его состояния, перебил:
— Старика сейчас доставят сюда. И ты можешь сам с ним поговорить, если тебе, конечно, это удастся.
— Подожди, Шаланда, заткнись, — поморщился Пафнутьев. Приближающаяся догадка опять растворилась в воздухе. — Не суетись. Значит, ты утверждаешь, что труп… Что старик был знаком с трупом? Разумеется, когда тот еще был живым человеком? И со вторым пострадавшим, которого он поцарапал, тоже знаком, так?
— Да. Он знал обоих.
— Хорошо. Идем дальше… Оба парня тоже были друг с другом знакомы?
— Да, Паша! Ты правильно понял. Они, можно сказать, друзья.
— Что же объединяло двух молодых амбалов и старика? Почему они все оказались знакомы? Что их связывало? И нет ли в этой связке кого-либо еще? Может, они все друг за дружкой охотятся?
— Оба парня работали в одной фирме. «Фокус» называется.
— И оба под два метра?
— Да.
— В эту фирму набирают людей по росту?
— Паша! — Шаланда неожиданно обиделся и покраснел, решив, что его недооценивают или же пытаются выставить придурком. С кем бы ни разговаривал Шаланда, он постоянно подозревал, что с ним хотят поступить именно так — выставить придурком. — Если ты не знаешь, то я тебе скажу… Сейчас в любой фирме набирают по росту. И чтоб была у людей твердая рука и верный глаз. И чтоб знали они десяток-другой приемов из разных там единоборств. Эти ребята служили в «Фокусе» не то телохранителями, не то снабженцами, а скорее всего, занимались и тем и другим.
— Может быть, в этом фокус?
— Паша, ты так удачно шутишь, что общаться с тобой — сплошное райское наслаждение. Но ты вот что пойми: этот старик — маньяк. Злостный убийца, который просто тронулся умом, крыша у него поехала. Он зарезал одного человека, пытался зарезать другого. По чистой случайности парни оказались из одной фирмы. Я наводил справки — фирма в порядке. Все в норме — лицензии, допуски, регистрации.
— И с налогами полный порядок?
— Да. Я специально наводил справки.
— Но так не бывает! — усмехнулся Пафнутьев.
— Бывает, Паша, все бывает! — с неожиданной горячностью заверил его Шаланда. — Бывает. Эти ребята жили в одном подъезде и только поэтому стали жертвами маньяка.
— Они братья? — спросил Пафнутьев.
— Нет.
— Родственники?
— Нет.
— Квартиры по соседству?
— Они жили в одной квартире.
— Понял, — кивнул Пафнутьев. — Гомики.
— Нет! — выкрикнул Шаланда с таким гневом, будто его самого заподозрили в позорном мужеложстве. — Они просто жили в одной квартире. Так бывает.
— В этой квартире еще кто-то живет? Кроме них?
— Не знаю, — покраснел Шаланда. — Не устанавливал. Пока не занимался этим. В конце концов, они пострадавшие. Жертвы. Меня больше интересовал преступник. Вот о нем спрашивай, о нем могу рассказать побольше.
Пафнутьев подошел к окну и долго вслушивался в перезвон капель, которые срывались с мокрой крыши и падали на жестяной карниз. Эти весенние звуки, видимо, нравились ему, что-то напоминали или пробуждали в его душе, и он простоял так несколько минут, склоняя голову то к одному плечу, то к другому.
— Весна, — наконец выдохнул Пафнутьев с печалью в голосе. — Ручьи бегут, девушки прыгают через лужи… Ты заметил, Шаланда, как укоротились юбки за последний год?
— Я заметил, как с каждым годом укорачивается у людей жизнь, — мрачно ответил Шаланда, не желая поддаваться на весенние призывы Пафнутьева.
— Все в мире взаимосвязано, Шаланда, — вздохнул Пафнутьев и вернулся на свой стул. — Не замечая укороченных юбок, Шаланда, ты очень многое упускаешь в своей жизни и в своей служебной деятельности. Печально, Шаланда, но это так.
— Ты убедился в этом на собственном опыте? — усмехнулся Шаланда, радуясь, что и ему удалось укусить Пафнутьева.
— Ну, не на твоем же, — Пафнутьев поставил локти на колени и подпер щеки кулаками. — Где нашли труп?
— На лестничной площадке. Он истек кровью. Его утром обнаружил какой-то жилец, который первым собрался на работу.
— А где было совершено нападение на второго амбала? На той же лестничной площадке?
— Откуда ты знаешь? — подозрительно спросил Шаланда. — Я тебе этого не говорил.
— Почему-то подумалось… Странный маньяк у тебя завелся… Обычно маньяки так себя не ведут. Знаешь, как они себя ведут? Никогда не догадаешься, что разные нападения совершает один и тот же злодей. Эти маньяки, оборотни, нетопыри, вампиры меняют районы города, меняют оружие — то удавкой сработают, то ножом, то вдруг туристический топорик на работу прихватят… Кошмар какой-то! А этот… Одним и тем же штыком, в одном и том же, причем своем, подъезде, на одних и тех же ребят, которые его хорошо знают… Как понимать?
— А вот так и понимай! Жизнь, она, знаешь, какая бывает?
— Какая?
— Непредсказуемая.
— Да? — удивился Пафнутьев. — Ну, ладно. Наверно, ты прав. Труп давно нашли?
