— Не переживай, — откликнулся Андрей. — Другой дороги, по которой «Мерседес» прошел бы с такой скоростью, просто нет. У него нет выбора. После того, как сошел снег, дороги превратились в полосу препятствий. Из-под снега вылезли ямы, камни, колдобины, вывороченный асфальт… Нет, ребята, у него только одна дорога. Слава богу, что у нас такие дороги, иначе ушел бы Бевзлин.
— А так не уйдет? — спросил Шаланда.
— А так не уйдет, — ответил Андрей сквозь зубы.
Городские кварталы остались позади, и теперь в свете фар блестела влажная прямая трасса на соседний город, который был в трехстах километрах. Замысел Бевзлина был очевиден — там обеспечить себе алиби. Дескать, квартиру не взрывал, ни на кого не покушался, был в трехстах километрах, отдыхал и набирался сил в ресторане. Прием испытанный, надежный, хотя и достаточно затасканный.
— А вы знаете, ребята, мы здесь сидим на целом арсенале, — неожиданно проговорил один из оперативников. — Эти бевзлинские амбалы, похоже, приготовились к настоящему штурму…
Андрей, не снижая скорости, включил в салоне свет, и Пафнутьев увидел на полу в проходе между сиденьями гранатомет, а в ящике задней спинки, которую неожиданно открыл оперативник, лежали несколько пистолетов, две гранаты. В спинке соседнего сиденья обнаружились три заряда для гранатомета.
— Арсенал на колесах, да, Шаланда? — весело спросил Пафнутьев.
— Да, Паша, арсенал на колесах, — мрачно согласился Шаланда. — А что ты хотел? Люди серьезные, достойные, обстановка в городе криминальная… У меня в машине тоже целый арсенал. Гранатомета, правда, нет, но я исправлюсь. Заведу себе парочку. Иногда очень выручают.
— Приходилось пользоваться?
— Приходилось, — коротко ответил Шаланда, но продолжать разговор не стал.
Мощные фары джипа сверлили темноту, но не нащупывали ничего, что говорило бы о правильно выбранной дороге. Изредка навстречу проносились машины, но с такой скоростью, что даже невозможно было узнать модель. Машины, которые приходилось обгонять, тоже отшатывались назад, но уже не с такой, конечно, скоростью.
— А вот и он, — негромко проговорил Андрей.
— Кто он? — спросили сразу несколько голосов.
— Бевзлин.
— Почему ты так решил? — спросил Пафнутьев.
— Вон те огоньки впереди… Они побольше прочих, поярче… Явно иномарка… И потом, идет почти с такой же скоростью, как и мы. Это большая скорость… Сейчас разберемся…
Некоторое время в машине была полная тишина, все напряженно смотрели вперед. В салоне мерцали сразу несколько сигарет, и Андрей приоткрыл окно. Только теперь, когда ночной весенний воздух ворвался в машину, стало ясно, как велика скорость — явно свыше ста пятидесяти километров в час.
— А вот и он, — опять повторил Андрей.
— Кто он?
— Бевзлин.
— Сколько их у тебя? — улыбнулась Надя.
— Да все тот же, все тот же… Впереди переезд… Шлагбаум опущен… И «Мерседес» стоит. Он бы не стоял, если бы Бевзлин знал, что это мы приближаемся к нему…
— Сейчас узнает, — проговорил Пафнутьев. — Имейте в виду — они вооружены. Подозреваю, в «Мерседесе» тоже небольшой арсенал.
— Конечно, — сказал Шаланда.
Андрей ошибался.
Бевзлин уже знал, кто приближается в его джипе. Оставшиеся на дороге амбалы сумели связаться с ним по телефону и предупредить. Едва джип приблизился к «Мерседесу», из него выскочил человек. В руках у него был короткоствольный автомат. Он принял боевую позу, которая не оставляла сомнений в том, что произойдет дальше.
— Это Шанцев, — негромко сказала Надя. — На вас вышла вся банда в полном составе.
— Ложись! — скомандовал Андрей, и этот его крик оказался как нельзя более своевременным. Едва все в джипе успели пригнуться, как хлесткая автоматная очередь полоснула по стеклам, превратив в крошево все сверкающее великолепие машины. Шанцев, видимо, не уверенный в успехе, дал еще одну очередь по джипу и, не теряя ни секунды, прыгнул в «Мерседес». Теперь водитель уже не стал ждать, пока пройдет поезд. Круто объехав шлагбаумы, он помчался дальше, с каждой секундой удаляясь от расстрелянного джипа.
Андрей приподнялся первым и, увидев красные огни уходящего «Мерседеса», тут же бросился в погоню. Он тоже не стал ждать приближающийся поезд, а сразу на скорости пронесся над рельсами. Теперь перед Андреем было уже не защитное ветровое стекло, а весенняя холодная ночь, наполненная ветром и пространством.
То ли автоматная очередь придала ему злости, то ли водил он отчаяннее, безрассуднее, нежели водитель «Мерседеса», но только уйти тому далеко не удалось, и расстояние между машинами стало сокращаться. Вскоре показались контуры «Мерседеса», в свете встречной машины можно было увидеть его пассажиров. Их было трое. Если все прикидки оказались правильными, то в машине были сам Бевзлин, водитель и Шанцев, который и расстрелял джип автоматными очередями.
Гудящий ветер рвал волосы, обдавал холодом, толкал к поступкам отчаянным и безрассудным. Это чувствовали все, и недавний смертельный риск, которому все подверглись, придал им чувство правоты и жажду возмездия.
— Кто там говорил про гранатомет? — раздался в гудящем холодном воздухе голос Шаланды.
