— Я проголодалась, сбила ноги и мне скучно. Не очень-то тут весело вокруг.
— Я надеюсь только на то, что они не заметили наши следы. Смогут ли они определить, что мы здесь внизу?
Смит, без шапки, с прилипшими волосами, выглянул из-под тени карниза в жару, в свет и посмотрел в сторону горячего камня, наклонной рыжей стены.
— Если бы они могли, я думаю, нам пришлось бы искать другую щель и весьма быстро. — Он вытер свое потное заросшее лицо красной косынкой, которая сразу потемнела от пота.
— Как насчет этого, Джордж?
— Не здесь. Может сверху, за изгибом. Или внизу, в каньоне. Эти сволочи могут подкрадываться к нам прямо сейчас. Винтовки заряжены картечью.
— Если они нас видели.
— Они видели нас. Если не видели, то увидят в следующий раз.
— Сколько человек могут поместиться в эту штуку?
— В эту модель — трое.
— А нас — четверо.
Хейдьюк горько улыбнулся.
— Да, четверо. С одним пистолетом и ружьем, — он повернулся к расслабленному доктору Сарвису. — Если только у Дока в аптечке тоже нет пистолета.
Док хмыкнул и отрицательно покачал головой.
— Может мы должны, — добавил Хейдьюк, — выстрелить по ним одним из шприцов Дока. По уколу димедрола в зад каждому, — он потер ушибленные суставы и содранную кожу ладоней.
— Тебе самому бы не помешал укол, — сказала Бонни.
— Не сейчас, — сказал Хейдьюк, — эта дрянь делает меня сонным. Сейчас спать нельзя, — после паузы, — как бы там ни было, вы можете поставить свой последний доллар на то, что они нас не видели и не вызвали по радио Команду. Эта компания в полном составе будет здесь через час, — после паузы. — Нельзя ждать заката.
— Я немного понесу ружье, — сказал Смит.
— Я сам.
— Как ты? — спросила Бонни у Хейдьюка. В ответ она услышала бурчание. Бонни сама была на гране теплового удара. Ее лицо пылало, влажное от пота, глаза были слегка сонными. Но она выглядела лучше, чем разбитый Хейдьюк, в лохмотьях и перевязанных коленях и локтях, так что он шел, как собранный из деталей человек, сотворенный доктором Сарвисом монстр.
— Джордж, — сказал он, — давай я тебе сделаю еще один укол.
— Нет, — он умерил рычание. — Не сейчас. Подожди пока мы найдем щель получше, — он посмотрел на Дока. — Док?
Нет ответа; доктор лежал на спине, вытянувшись в самом глубоком углу ниши под скалой, его глаза были закрыты.
— Дай ему отдохнуть, — сказала она.
— Нам надо идти.
— Хоть десять минут.
Хейдьюк посмотрел на Смита. Смит кивнул. Они оба посмотрели вверх на узкую голубую полоску неба между стенами каньона. Солнце медленно плыло высоко в полуденном небе. Метлы и конские хвосты пара висели в жарком воздухе. В один из дней будет дождь. Должен быть.
— Я не сплю, — сказал Док с закрытыми глазами. — Через минуту встану, — он зевнул.
— Расскажи нам о войне, Джордж.
— О какой войне?
— О твоей войне.
— О
— Ну, я не уверен, но если мы в каньоне, а я думаю, это так, то мы в центре того, что называется Финз.
— Я думала мы в Мейз, — сказала Бонни.
— Еще нет. Мейз отличается от этого места.
— И как?
— Хуже.
— Эта война, — сказал Джордж Хейдьюк ни к кому конкретно не обращаясь, — ее хотят забыть. Но я им не позволю. Я никогда не позволю этим сволочам забыть ее. — Он говорил как во сне, как лунатик, говоря не с собой, а с каменной тишью пустыни. — Никогда, — повторил он. — Никогда.
Остальные ждали. Когда продолжения не последовало, Бонни сказала Смиту:
— Ты думаешь, мы сможем найти воду? Скоро?
— Бонни, детка, она и сейчас недалеко. Мы найдем воду где-нибудь наверху, а если нет, то вода ждет нас на теневой стороне скалы Лизард Рок. Вода и пища.
— Как далеко?
— Что?
— Как далеко до Лизард Рок?
— Если в милях, то я затрудняюсь сказать, учитывая, что придется обходить эти каньоны. Кроме того, я не уверен, что мы выберемся из этого каньона на другом конце, потому, что там тоже может быть отвесная стена. Возможно нам придется вернуться и обследовать все края каньона.
— Мы попадем туда сегодня?
— Нет, — сказал Хейдьюк, глядя на песок между своими толстыми былыми коленями, обмотанными слоями грязного бинта, — никогда, — он почесал себе в паху, — никогда.
Смит молчал. Бонни посмотрела на него, ожидая ответа. Он покосился, нахмурился, скривился, почесал обожженную шею, повернул свои зеленые глаза вверх на стену каньона.
— Ну… — сказал он. Послышался звук крапивника.
— Ну?
— Ну, мне бы не хотелось обманывать тебя, Бонни.
— Не обманывай.
— Мы не попадем туда сегодня.
— Ясно.
— Может завтра к вечеру.
— Но мы найдем воду? Я имею в виду, скоро. В этом каньоне.
Смит слегка расслабился.
— Очень может быть, — он предложил ей свою флягу. — Сделай несколько хороших глотков. Там еще много воды.
— Нет, спасибо.
— Давай, давай, — он отвинтил пробку и дал ей флягу. Бонни выпила, вернула ему.
— Нам нужно подобрать наши рюкзаки.
