Вот эти сережки их и свели. История наибанальнейшая. Вечером она возвращалась с работы. Какая-то шпана решила пощипать этого дохлика. И тут поблизости оказался мой отец. Вот чего-чего, а законы справедливости он соблюдал всегда! К беспределу был нетерпим! Законы зоны – святы!
В общем, он очень быстро и доходчиво объяснил малолетней шантрапе кто они такие, где их место и что на этом месте с ними сделают. А те в свою очередь, поняли, что имеют дело с самим Пастором и просто растворились в темноте дворов Щелчка.
Потом случилось то, что никакой логикой объяснить нельзя. Произошло то, что произойти по определению не могло. Блатной авторитет привязался к этому серому «воробушку». И хрупкая книжная девушка, воспитанная на классической литературе – привязалась к человеку, совсем не похожему на принца с белым конем.
В общем, очень скоро она из своей скромной комнатушки, размером с носовой платок, перебралась в опустевшую после гибели моих деда и бабушки квартиру отца.
Мама была родом из Подмосковья. Растила её мать – отец у неё ушел, когда та была совсем маленькой. Но и мама не долго помогала дочке: прожив чуть больше 40 лет, умерла от рака. Поэтому спрашивать разрешения или благословения было не у кого.
Но самое удивительное было потом. Когда выяснилось, что, что мама ждала меня, к удивлению всех своих знакомых, отец решил пожениться.
Тем самых он перечеркивал все перспективы стать вором в законе.
Я в последнее время, когда разобралась в правилах жизни деловых, часто задумывалась, а почему он так поступил? Представить, что моя тихая мягкая мама заставила его, просто невозможно.
То ли внезапная гибель родителей, к которым он по-своему был привязан, то ли начавший прогрессировать, хотя залеченный, но не вылеченный до конца туберкулёз – профессиональная болезнь зеков, заставили отца посмотреть на жизнь с другой стороны. Но факт остается фактом, он завел официальную семью!
Правда, авторитет его меньше не стал. К нему обращались за советом, он выступал и как некий третейский судья. Даже участковый, как я помню, относился к нему с уважением.
Из-за здоровья ничего заметного в воровском мире он уже совершить не мог. Получил инвалидность. Пристроился формально сторожем в какой-то техникум. В общем, внешне слился с обыденностью…
Любил ли он кого? Мать – да! Она его привязала к дому. Меня? Наверное! Но он постоянно старался держаться от дочери на расстоянии.
Может, потому что родилась я, когда они были уже зрелыми людьми. Маме вообще прочили всякие беды – поздно родящая. Но пронесло…. У неё со здоровьем всё было нормально. И я не уродом появилась на свет!
Когда подросла, почему-то стало казаться, что он немного боится меня. Боится потому что не знает, как со мной общаться. Но это не мешало отцу времена брать меня с собой. Помню, лет в одиннадцать у кого-то из его дружков, на какой-то далекой то ли даче, то ли в лесном домике, отец начал учить меня стрелять из пистолета. Ствол тогда даже у делового был большой редкостью. А уж в руки ребенка его и подавно не особо давали… Я потом ходила высоко, задрав нос! И очень жалела, что не могла никому рассказать о таком приключении.
Кстати, стреляла я вполне достойно. Пока рука не устала держать тяжелый пистолет. Потом, в Чечне, когда показала, что знаю с какой стороны оружие стреляет и что такое попадать в цель – добилась уважения у приятелей своего мужа!
Когда я свои делом занялась, он не то что бы приветствовал, но не мешал. Школу отец никогда ни в грош не ставил. Считал, что там проводят время не понятно кто и неизвестно для чего… Сам он едва окончил 7 классов в колонии.
Когда надо было помочь – помогал. Но к концу 90-х, его авторитет пошел на спад. Молодежь лишь понаслышке знала о старых законах. Нравы изменились. Новые фигуры стали прибирать власть среди деловых к рукам. Беспредел стал давить. А отец беспредела, как я уже говорила, терпеть не мог…
После всего, что со мной произошло, отца я действительно полюбила, потому что не так много у меня людей, которым нужна. Но вот близкими, мы не стали за все прошедшие годы, и, чувствую, уже и не станем!
Ему не о чем со мной говорить. Да и мне с ним… Я никогда с ним не откровенничала.
Пока не встретилась с Олегом, даже не подозревала, что так вообще можно общаться. Говорить обо всем, обсуждать. И не бояться, что твою слабость против тебя повернут. Ну, может не на все сто не боятся. Где-то близко…
Именно это мне привязывает к Олежке…
Мой мужчина! Всегда смеялась над этими слащавыми сантиментами. И вот сама влипла…Что странно, мне нравится, как эти ощущения, как трясина, засасываю меня всё больше…
Даже не знаю, смогу ли объяснить этот необычный для меня мир. Такое можно только почувствовать…
С такими мыслями я снова задремала…
Проснулся в 12. В смысле, в полдень. Хотя мог бы вообще не просыпаться.
Именно в полдень не просыпаться. А встать, когда душа запросит.
Но ровно в 12 позвонил Валерка. Тот самый музыкант, что мне «гениальную» певицу Изумрудную подсуропил.
