Организованные преступные группировки стали расти, как грибы после дождя. Правоохранительным органам приходилось не сладко. Криминальные лидеры пытались установить контроль над самыми лакомыми кусочками. Все это сопровождалось кровавыми разборками. Эта история о криминальных структурах, ОПГ и преступлениях в городе в 90-е, о работе милиции под предводительством главного героя — начальника отдела по борьбе с организованной преступностью. По мотивам рассказов «Братва».
1993 год.
Сергей Георгиевич Титов, являясь начальником УБОП, знал и держал в своих крепких руках многих бандитов и различную шпану в городе. Все жулики боялись и трепетно относились к полковнику, делясь с ним информацией и отстёгивали ему проценты, с разных дел, в теневом бизнесе.
Вот и сегодня, у Георгиевича была назначена встреча, с одним из главарей банды.
Оставив за себя, на рабочем месте, своего заместителя — майора Кирикова, Титов, прыгнул в свой «Гранд Чироки», который знали в городе все и когда начальник колесил по дорогам, старались не попадаться ему на пути. Он резко стартонул с места, рыкнув мощным мотором и направился в один ресторанчик, где уже его ждали.
Войдя в дверь, он приспустил свои солнцезащитные очки, грозным взглядом оглядел помещение и не обращая внимания на нашем стоящего администратора, прошёл в зал.
За дальним столиком, огороженным в каретную стяжку ниши, сидели двое крепких парней.
— Здорово, Начальник! — Произнес один чернявый, узкоглазый мужчина и приподнял руку. — Присаживайся!
— Здоровее видали! — Выдавил из себя нехотя Титов и пододвинул стул.
По сравнению даже с этими крепышами, Сергей Георгиевич выглядел в два раза шире и больше их. Его ручища, в сжатом кулаке, могла сравниться с головами ребят. Огроменная грудь колесом, на которой висела толстенная золотая цепь с крестиком, могла снести на своем пути наверное даже каток.
— Выпьешь, Георгиевич? — Поинтересовался второй — светловолосый парень, с наколками на пальцах.
— Выпью! — Снова хмуро произнёс Титов.
Тот засуетился и стал разливать из графина, всем присутствующим водки. Полковник не дожидаясь других, схватил налитый фужер до краев и опрокинул в рот. Не закусывая, поставил снова на стол и принялся говорить.
— Слышь, «Татарин»? — Начал он, обращаясь к черненькому товарищу. — Все у нас конечно хорошо. Но есть недосказанности. В районе и по городу, начинаются какие-то непонятные мероприятия. — Закуривая, говорил Георгиевич.
— Какие? — Уточнил тот.
— Братва сферы влияния делят. Гоняются, как в жопу раненые, мочат друг друга. Так то у меня все под контролем. Я в курсе — кто, где и кого. Но надо наводить порядок и ставить на место весь ваш сброд. Скоро в отставку. Хочу жить на пенсии сладко и спокойно.
— Какие варианты? — Снова спросил Татарин.
— Это ты у меня спрашиваешь? Это я от тебя хочу предложения услышать! Наливай! — Бросил он второму.
Снова выпили. На этот раз занюхал кусочком хлеба и положил обратно на стол.
— Много тем стоят без присмотра. Вы все по рынкам шустрите, торгашей трясёте, ларечников. Мелко это все! Тесно становится. Коммерческие воют, каждый день приходят заявы катать. Я пока, как могу держу обстановку, но если так получится, что уйдет информация на верх, тогда туго придётся! Я вас в калач загну бля! — Зычно буркнул Титов.
— Да я то чего? Я мало что решаю. Ты мои темы знаешь. Пару моек, автосервис на «Севере». Палатки на рынке, челноки и две пивнушки. — Расстроенно проговорил Татарин.
— Хули ты мне тут ноешься? Я все знаю! — Огрызнулся Полковник и ударил по столу, что посуда подпрыгнула.
Посетители оглянулись.
— Я сказал! Порядок будем наводить! Я вас всех на место поставлю! Короче. Про автотранспортное предприятие в курсе, на «Октябрьском»? — Перебил он собеседника.
— Знаю. «ТрансСтрой 1» Под «Седым»! Он так просто не отдаст. Пострелять придётся. Может даже и валить. — Ответил тот.
— Нет! Валить ни кого не надо. Возьмем Седого на днях. Слышал ведь, подрезал он зимой терпилу одного — хозяина стоянки, что под мостом. Так вот и вышли на него. В зону отправится ваш Седой! Ты давай, ребятишек подтяни, сгоняй сразу и возьми начальника АТП, под крышу свою. Если кто будет мурчать — по соплям! — Объяснял Георгиевич.
