«Холстед-стрит, 119, принадлежит Бобу Миллеру: салун открыт после 1.00; мужчины и женщины пьют в дальней комнате; правила не соблюдаются; посетители находятся в крайней стадии алкогольного опьянения; многие спят на полу.
Холстед-стрит, 135, принадлежит Майку Фьюеру: условия отвратительные; посетители пьяны до отупения, женщины пристают в открытую, присутствуют пьяные девицы восемнадцати – девятнадцати лет, в так называемых водевилях женщины извиваются совершенно непристойным образом.
Холстед-стрит, 225, принадлежит Вилли Мерфи: по прибытии посетителя бармен зовет из дальней комнаты женщин; в дальней комнате мужчины и женщины валяются в различных стадиях опьянения».
Количество танцевальных залов в Чикаго колебалось от ста пятидесяти до трехсот[22], как минумум, сотня из них битком набивалась каждый день. Многие из оставшихся открывались только на периодически проводимые балы-маскарады, где не бывало полиции или других контролирующих лиц. Туда пускали молодых мальчиков и девочек, им подавали напитки, и во многих местах были верхние комнаты, куда можно было увести пьяную девочку, чтобы соблазнить или изнасиловать. Журналисты, побывавшие в танцевальном зале Гербера на Блю-Айленд-авеню на балу-маскараде, проводимом в январе 1905 года «развлекательным клубом», видели там, как мальчики в панталонах по колено пьют в баре, а девочки двенадцати – четырнадцати лет пьют и танцуют со всеми вновь прибывшими. А заведение Гербера было ничуть не хуже десятков других. Следователи Чикагской комиссии по нравам, побывавшие на множестве подобных балов в 1910 году, практически везде обнаруживали проституток. «Эти девушки и женщины, – гласит отчет комиссии, – открыто договаривались о встречах в близлежащих отелях или домах свиданий после танцев. Иногда их сопровождали сутенеры, ищущие себе тем временем новых жертв. Молодые люди приходят на эти танцы исключительно с целью «снять» себе девушку и предаться с ней развлечениям в отеле или в комнатах».
