Проделки этой оригинальной парочки, особенно претензии Смита на политическое влияние, которым он не обладал, сильно раздражали полицию, однако никаких действий против него не предпринималось вплоть до того вечера в апреле 1892 года, когда он воспрепятствовал работе детектива, который пытался арестовать Джинджер Хил Пейн. Был выдан ордер на его арест, и в салун Смита ворвались двадцать разозленных полицейских, которые арестовали его самого и двадцать два человека из числа его головорезов после битвы, в которой основательные повреждения получили и сам Смит, и его заведение. На Смита был наложен штраф в сто долларов, а его лицензия на салун была отозвана. После этого полиция взялась за Хэтти Бриггс. Они начали арестовывать ее по нескольку раз в сутки. Десяти дней такой обработки Хэтти вполне хватило – она наняла фургон и переехала вместе со своими девушками в Лемонт, где и открыла кабак в Копченой Слободке.
«Байлер» – искажение от «бойлер», «котел». Пасифик-авеню получила такое прозвище из-за большого числа локомотивов, которые сновали по ее западной стороне день и ночь. С начала 1970 года до конца 1890-го Байлер-авеню была одной из улиц, имеющих самую плохую репутацию. Застроенная на скорую руку бараками, она дала пристанище самым грязным подонкам общества. По большей части бордели Байлер-авеню принадлежали к самому низкому сорту. Единственным домом терпимости с отдельными кабинетами на всей улице были «Золотые ворота», которые содержала Дженни Уильямс, обретшая свою профессию на Варварском берегу Сан-Франциско.
Более типичным для Байлер-авеню заведением была большая винная лавка Дэна Вебстера, совмещенная с борделем и расположенная в домах № 130 – 132, которую «Таймс» называла в 1876 году «адом в миниатюре» и описывала так: «Это адская дыра. Там собраны самые гнилые, распутные, грязные шлюхи, черные и белые, воняющие разложением и обслуживающие любую похоть».
Чернокожий Вебстер был крайне недоволен публикацией в «Таймс». Он жаловался, что достаточно платит за покровительство, чтобы заслуживать большего уважения. В «Таймс» было сказано, что занимаемое Вебстером здание принадлежит Майклу Хики, суперинтенденту полиции. В результате поднявшейся шумихи Хики попал под полицейский трибунал. Правда, впоследствии он был оправдан, потому что трибунал постановил, что суперинтендент мог и не знать о характере бизнеса, которым занимались в принадлежащем ему здании. Среди владельцев собственности на Байлер-авеню был и Картер Харрисон, пятикратный мэр Чикаго. «Нашему Картеру, – писали в «Таймс» от 5 августа 1877 года, – принадлежит целый квартал [на Харрисон-стрит] между Кларк-стрит и Пасифик-авеню. От угла Кларк-стрит и где-то до середины квартала идет отель. Другую половину квартала занимают четыре-пять обычных домов. В одном расположен большой пивной салун, в другом – ресторан, в третьем – табачная лавка, в четвертом – небольшой отель, и здесь же наш Картер позволил осесть распутницам, которые весьма неплохо себя там чувствуют».
Пол-акра Ада, где в каждом доме находились либо винная лавка, либо бордель, либо концертный салун, либо игорный дом, либо дом свиданий, либо комнаты уличных проституток и куда полицейские заходили разве что по двое, да и то редко, представлял собой квадрат, ограниченный улицами Полк, Стейт, Тейлор и площадью Плимут, ныне это двор Плимут. Центром общественной жизни Пол-акра на протяжении многих лет был театр и танцевальный зал «Аполлон» на площади Плимут, привлекавший в 70-х и 80-х годах много внимания своими балами-маскарадами, где танцоры в полночь снимали не только маски, но заодно и большую часть одежды. «Аполлон» существовал вплоть до 1910 года, но начиная с середины 90-х годов XIX века это было уже всего лишь место для выпивки и танцев, постоянная публика которого состояла разве что из низкопробных проституток и их сутенеров.
