К середине 90-х годов XIX века предметом всеобщего внимания в Чикаго стала необычная карьера молодого доктора по имени Герман У. Маджет, более известного как Генри X. Холмс. Добрый и женоподобный по внешности и в поведении, с мягкими голубыми глазами и приятным музыкальным голосом, он был неотразим в глазах женщин. Но, несмотря на это, Маджет был фальшивомонетчиком, двоеженцем, мошенником, конокрадом и убийцей; у него был фантастический «замок» с опускающимися дверьми, потайными лестницами, звуконепроницаемыми комнатами, камерами пыток, отделанными листовым железом и асбестом, крематорием, бочками с кислотой и гашеной известью и приспособлениями, с помощью которых он расчленял тела нескольких своих жертв и готовил их к продаже в медицинские школы. Этого хозяйственного мясника в итоге повесили за убийство одного своего подельника, хотя было достаточно улик, чтобы его повесить и за дюжину других убийств. Неизвестно число людей, которые приняли смерть от его рук, хотя по подсчетам полиции и газет это число колебалось от тридцати до нескольких сотен. Однажды он назвал себя «честным продавцом человеческих останков», но нью-йоркская «Уорлд» назвала его «преступником века», а чикагская «Джорнал» описала его так: «Хладнокровие, расчет и наглость этого человека не имели себе равных. Склонность к убийству была у него врожденной. Иногда он убивал, будучи влеком непонятной жадностью; но чаще, по собственному признанию, – для того, чтобы утолить нечеловеческую жажду крови. Ни одно его преступление не было результатом взрыва ярости – «горячей крови», как говорят законы. Все было совершено умышленно, грамотно спланировано и четко расписано. Для него убийство было искусством; и он наслаждался той славой, которую снискал ему его кошмарный талант. Почти уже с петлей на шее он сделал так называемое признание, в котором со зловещим спокойствием в подробностях рассказал, как убил двадцать семь человек, и показал, каким пыткам он подвергал своих жертв. На его тонких и бескровных губах можно было видеть дьявольскую усмешку, когда в темноте своей камеры он рассказывал эти ужасные истории. Но он был большой лгун, и несколько человек, об убийстве которых он тоже поведал, имели возможность опровергнуть рассказанное самолично. К рассказу его побудили извращенные амбиции, требовавшие, чтобы его воспринимали как «самого ужасного монстра», когда-либо существовавшего в облике человека, а также нелепое желание получить на образование своего маленького сына 5000 долларов, которые ему предложила газета за «исповедь».
Маджет, он же Холмс, родился в 1860 году в Гилмантоне, Нью-Гемпшир, где его отец, уважаемый и состоятельный гражданин, был начальником почтового отделения на протяжении почти четверти века. Он рос непослушным мальчиком, постоянно попадал в какие-то передряги и в подростковом возрасте отличался жестокостью к животным и маленьким детям. Его единственной положительной чертой было желание учиться; он считался самым умным учеником в местных школах. В 1878 году, в возрасте восемнадцати лет, молодой Маджет сбежал с семнадцатилетней дочкой преуспевающего фермера из Лаудона, Нью-Гемпшир, и в том же году начал изучать медицину в маленьком колледже в Берлингтоне, Вермонт, оплачивая учебу за счет наследства, которое получила его жена. В 1879 году он перевелся в медицинскую школу при университете в Мичигане, в Энн-Арбор, и, продолжая учебу там, он совершил свое первое серьезное преступление – с помощью другого студента, который, говорят, стал позже известным врачом в Нью-Йорке. Соучастник преступления застраховал свою жизнь на 12 500 долларов и вскоре после этого исчез, а Маджет в это время выкрал труп из вивисекционного зала медицинской школы и, выдав его за тело пропавшего студента, получил страховку. Спустя несколько месяцев после этого успешного предприятия Маджет завершил медицинское образование и покинул Энн-Арбор, бросив жену с маленьким сыном. Миссис Маджет вернулась в Гилмантон и никогда больше не видела своего мужа.
