— Вы хорошо поработали, детектив. Хочу выразить признательность вам и вашему полковнику за то, что предоставили нам такую важную улику. Это новое направление в деятельности «Аль-Каиды» и, надо сказать, неожиданное. До сих пор нам не приходилось сталкиваться с кастрацией, но, с их точки зрения, в этом акте заключен глубокий смысл. — Американка помолчала, встревоженно нахмурилась и продолжала: — Не исключено также, что мы имеем дело с попыткой отомстить за фиаско с «Абу-Грейб».[50] Как мир воспринимает современную Америку? Особенно в мусульманских развивающихся странах? Как карикатуру на Супермена, выставляющего напоказ свое мужское начало. Общество с накачанной мускулатурой помешано на силе и мужественности. Если мусульмане начнут резать нам яйца, это послужит мощным, жестоким предупреждением, что верх возьмет молодой, необразованный фанатик. По сути, это та же технология устрашения, которую использовали императоры династии Цинь, всякий раз отсекая яйца военнопленным, что, без сомнения, подрывало моральный дух противника. Умно. Очень умно. Мы не можем оставить это без ответа.
Хадсон хмыкнул. Американка замолчала, привалилась задницей к стене, холодно, как коллега на коллегу, посмотрела на него и лишь после этого перевела взгляд на меня:
— Это все переведено? Я не слишком быстро говорю? Извините, что не владею тайским. Мои иностранные языки — литературный арабский, испанский и русский.
Я довел до сведения Викорна ее вопрос. Полковник в первый раз посмотрел ей в глаза и повернулся ко мне:
— Спроси, где ее место по шкале армейской заработной платы?
Она покровительственно улыбнулась на этот типичный для третьего мира вопрос:
— Объясните полковнику, что я не состою в армии.
— Знаю, что не состоит в их чертовой армии, — бросил полковник. — Но оплата производится по единой шкале. Пусть ответит, какому это соответствует чину. Вот чем всегда интересуются в Лаосе. Поднялась она выше уоррент-офицера[51] или нет? Дослужилась до офицерской зарплаты?
Инспекторша послала Хадсону ледяной взгляд.
— Будет быстрее ответить, — посоветовал тот, глядя в пол.
— Теперь все по-другому, — объяснила она с нажимом, нарочито замедляя речь. — Ваш полковник ссылается надела тридцатилетней давности, когда управление проводило операции в тайной войне и шкала оплаты примерно соответствовала шкале оплаты военных. Теперь нас рассчитывают по шкале ставок заработной платы служащих федеральной гражданской службы.
— Так-так, — процедил Викорн, — значит, по шкале гражданских служащих. — Он порылся в ящике стола, вынул лист бумаги и уставился в него. — Но оплата военных тоже базируется на этой системе. Какому чину соответствует ее уровень?
Гостья без труда выдержала скрытую атаку — как профессиональный боксер держит удар любителя — и покосилась на Хадсона, работавшего с аборигенами и в силу этого понимающего местное крестьянское мышление.
— Полковнику не нравится, что вы расхаживаете по его кабинету, и он хочет проверить, понимаете ли вы условия сделки. Лучше уступите.
— Понятно. — Она решительно кивнула и повернулась ко мне: — Если так хочется, скажите, что моя должность соответствует одиннадцатому разряду.
Викорн сверился с табличкой.
— Какая ступень?
— Одиннадцатый разряд, первая ступень. — Полковник наморщил лоб и водил по листу бумаги пальцем, отыскивая нужную графу. — Но шкала не дает точных представлений, — продолжала гостья. — Существуют надбавки за риск, регион и прочие.
Викорн поднял глаза на Хадсона.
— Одиннадцатый разряд, десятая ступень, — признался тот.
Мой босс расцвел:
— Таким образом, ее базовая зарплата без надбавки за регион составляет 42 976 долларов, а его — 41 808. Почти никакой разницы.
Когда я перевел, гостья покачала головой и, набираясь терпения, закрыла глаза. Ее голос звучал сонно, хотя предмет, может быть, и был близок ее сердцу.
— Существует намерение изменить всю систему, сделать более ориентированной на результат, ввести элемент соревновательности, как в частном секторе.
— Однако против этого высказывают массу возражений, — заметил Хадсон. — Доклад по вопросам зарплаты имеет много противников. Например, непонятно, как оценивать результативность разведчика. Ведь самый главный успех — когда нет провалов. Какая награда положена за это?
— Да, это проблема, — покачала головой гостья.
— Вот видите, — заговорил полковник, когда я перевел, — ничто не изменилось. В Лаосе жаловались на то же самое, пока не научились вести дела с Гоминьданом и гмонгами.[52] Вы брали десять процентов от стоимости наркотиков за доставку, а везли на транспортных самолетах компании «Эр Америка». По сравнению с тем, что брали китайцы чиу чоу, вьетнамцы и французы, цена казалась потрясающе низкой. Благодаря возросшим доходам гмонги получили возможность сражаться еще очень долго. Эта была самая успешная из всех операций ЦРУ. Капитализм в лучшем своем проявлении. Непревзойденная в нашем регионе.
Я перевел.
Гостья улыбнулась с ледяной учтивостью:
— Давайте оставим в покое Лаос. Хотелось бы вернуться к нашим делам. У полковника есть вопросы?
