Моркофьев заторопился в ближайшее отделение банка. Оказалось, что лимиты есть не только дневные, но и месячные и он, стараясь разобраться и не запутаться в довольно сложной форме заявления, вписал в нее месячный лимит в 270000 долларов и дневной на 25000. Менеджер было заволновался при виде сумм, но Семен, достаточно хорошо успевший изучить форму заявления, успокоил его, сказав, что это лимиты на покупки, а на снятие наличных они останутся обычными. Менеджер, изучив редко заполняемую клиентами форму повнимательнее, примерно прикинул, какая комиссия от платежной системы подвалит в банк за такую сумму операций и, из-за неизменного лимита по наличным, не видя никакой опасности в том, что клиент рванет заниматься обналичиванием, дал заявлению ход. Уже через 10 минут лимиты по карте Семена обновились. Выйдя из отделения банка, Моркофьев поздравил себя с удачей. Это ж какая бы, черт возьми, завтра случилась, как говорит Серега, «засада», когда ему бы не удалось оплатить, что требуется! Нет, конечно, он бы позвонил и рванул в банк и все заполнил бы, но обратил бы на себя внимание минимум в двух местах, а это ох, как нездорово, особо, если он бы был одет, как запланировано. Кстати, об одежде…
— Серега, привет!
— Здравствуйте, Семен Васильевич!
— Ты как, свободен? Тогда подъезжай через часок к метро …. В магазин спецодежды пойдем.
В магазине были приобретены 2 рабочих комбинезона темно-синего цвета с кучей карманов для разного рода инструмента. Дома у Моркофьева в карманы были положены заранее закупленные Сергеем обжимники для кабеля, чьи новые рукоятки вовсю потерли для придания им потрепанного вида и старые отвертки Моркофьева, которым эта процедура старения вовсе не требовалась. Кроме того, в них положили новые отвертки и прочий новый инструмент. На вид получилось то, что и должно было получиться, когда сотруднику выдают новый комбинезон, да еще и инструмент, а он укладывает в него свои старые любимые штучки. Договорившись о встрече завтра и первом заходе на закупку, Сергей пошел домой и стал с нетерпением ждать завтрашнего дня. Его бы очень удивило то, что и Семен у себя дома проявлял точно такое же нетерпение…
В это время в Благовещенске уже был поздний вечер, но работа в квартире Василия Соловьева кипела вовсю. Распечатанные листы бумаги, на которых были видны только маленькие черные черточки, которыми, по придуманной Василием системе кодировался номер в пачке, брались с принтера одетыми в резиновые перчатки руками и разрезались на резаке. Ультрафиолетовые элементы на вид выглядели совершенно аналогично настоящим, однако с магнитными были неясности. Для определения того, сколько именно магнитных чернил нужно наносить на бумагу и печатались тестовые образцы. Для одинарной намагниченности печатались последовательно увеличивающиеся с номером образца магнитные круги. Диаметры магнитных кругов двойной и тройной намагниченности увеличивались, соответственно, вдвое и втрое от базового круга для номера образца. Сделав все планируемые образцы в количестве сорока пяти «купюр» с ультрафиолетовой печатью и магнитными кругами их, на всякий случай, оставили сушиться, так как первый тест планировался на завтрашнюю ночь. Василий завалился с Ленкой в кровать, но почувствовал себя чересчур уставшим для того, чтобы «побаловаться» с ней, поэтому они просто обнялись и уснули.
