Ее поразило, что я вдруг оказался совсем рядом, на секунду она сжалась, но тут же приняла непринужденную позу, хотя ее взгляд оставался холодным, а выражение лица – враждебным.
– Мне хотелось бы поговорить с вами, миссис Хэмел, – сказал я самым ласковым тоном. – Дело в том, что я в затруднительном положении.
Она не отводила от меня взгляд и вся напряглась.
– Простите, мистер…, мистер…
– Барт Андерсен.
– Мистер Андерсен, мы с вами незнакомы, и ваши затруднения меня не интересуют. Не могу себе представить, почему вам вздумалось говорить со мной. У меня нет ни малейшего желания разговаривать с вами.
Я наклеил на себя исполненную терпения улыбку. Видно, договориться с ней будет не так-то просто.
– Ну что ж, это ваше право, миссис Хэмел. Если бы я не пекся о ваших же интересах, я тут же собрал бы манатки и исчез, но, может быть, вы все же согласитесь меня выслушать?
– Если вы немедленно не оставите меня в покое, я позову официанта. – По ее голосу я понял, что она так и сделает.
Пришлось прибегнуть к жестким методам. Я вынул свое служебное удостоверение и положил перед ней.
– Ваш муж нанял меня следить за вами, миссис Хэмел.
Ого! Надо было видеть, что с ней стало! Кровь отхлынула от лица, глаза сузились, вся она съежилась. Долгое время она неподвижно глядела на мое удостоверение, потом по ее телу пробежала дрожь.
Я дал ей время прийти в себя, не сидел, злорадно глазея, а отвел взгляд и стал наблюдать за красоткой, идущей по террасе к бассейну. Длинноногая пышногрудая блондинка, как раз в моем вкусе, с такой бы я охотно забрался в постель, если бы мой бумажник был полон зелененькими. Я проследил взглядом за тем, как она шествует, покачивая кормой, но следил за ней не один я. Жирные старцы с седой порослью на груди и вздувшимися узлами вен на тонких ногах тоже не спускали с красотки глаз.
Когда она, виляя бедрами, исчезла из виду, я снова посмотрел на Нэнси.
Она все еще неподвижно смотрела на мое удостоверение.
– Чтобы вам легче было вникнуть в ситуацию, – все так же тихо и ласково проговорил я, – пожалуй, я покажу вам два письма, полученные вашим мужем. Из-за них-то ваш муж меня и нанял.
Тут она подняла взгляд. Ее глаза казались черными дырами в белой простыне.
Я извлек из бумажника письма и, вынув их из конвертов, положил на стол.
Она взяла их. Голубоватая бумага шелестела в ее дрожащих пальцах. Я закурил и стал ждать. Спешить было некуда. В подобных ситуациях спешить нельзя ни в коем случае. Чтобы не смотреть на Нэнси, я перевел глаза на немолодую пару, усевшуюся через четыре столика от нас. Дама – крашеная блондинка лет шестидесяти – ухитрилась упаковать свои жиры в бикини. У мужчины были крашеные черные волосы, бюст, как у женщины, а космам на груди мог бы позавидовать шимпанзе.
"Ну и народ! – подумал я. – Уж эти мне старцы – держатся за жизнь зубами! По ним уже кладбище скучает, ан нет, они все еще на ринге, хоть еле дышат”.
Нэнси положила письма на стол.
– Эти письма написал мой муж, – проговорила она. – Уолдо Кармайкл – имя героя того романа, который он сейчас пишет.
Я с изумлением уставился на нее. Некоторое время я пребывал в такой же неподвижности, как и она. Потом взял себя в руки.
– Не может быть, миссис Хэмел, вы ошибаетесь…
– Нисколько. И бумага та, на которой муж пишет. И машинку я узнаю. Эти письма написал он сам.
– Но зачем?
Она посмотрела мне прямо в глаза:
– Ему нужен был предлог, чтобы нанять сыщика.
Снова я оказался на мели. “Нужен был предлог, чтобы нанять сыщика”. Мозг у меня бешено работал. Допустим, ему нужен был предлог, но зачем устанавливать слежку за собственной женой?
Я забрал письма, сложил их, спрятал в бумажник, а мысли продолжали бешено крутиться. Я чувствовал, что теперь она наблюдает за мной. И старался сохранить полную невозмутимость.
– Ситуация осложнилась, миссис Хэмел, – произнес я наконец. – Как я уже сказал вам, я попал в затруднительное положение. Я наблюдал за вами четыре дня. Мне полагается в конце недели представить отчет о том, что я видел.
Вся подобравшись, она смотрела мне прямо в глаза.
– А в чем затруднения? – спросила она хрипло. – Подавайте ваш отчет. Он ничем не может встревожить моего мужа. – И она вознамерилась встать.
– Подождите, миссис Хэмел, – сказал я. – Два дня назад я наблюдал за вашей яхтой с вертолета и сопроводил ее до пиратских островов.
Она зажмурилась, руки сжались в кулаки.
– Так что теперь вам ясно, миссис Хэмел, в чем мои затруднения, – продолжал я, не сводя с нее глаз. – На острове я нашел Альдо Поффери, его разыскивают за убийства. Вы с вашим матросом Джошем Джонсом вывезли Поффери и его жену с острова. Я знаю даже, где они сейчас скрываются. Как по-вашему, если я изложу все это в отчете, будут у вашего мужа основания для беспокойства?
Она сидела неподвижно, глядя на сжатые в кулаки руки. Так продолжалось несколько минут. Я ждал. Пусть как следует обдумает, что ей делать. Я видел, что деваться ей некуда. И давить на нее сейчас не было необходимости. Мне хотелось, чтобы она приняла решение сама, без нажима с моей стороны.
Наконец она заговорила:
