– Таковы мои условия, миссис Хэмел. Ну а как найти эти деньги – это уж ваше дело, – сказал я, продолжая глядеть на нее суровым полицейским взглядом. – Женщина, имеющая такого богатого мужа, как Рас Хэмел, должна найти возможность раздобыть сто тысяч долларов. Не может быть, чтобы муж не делал вам дорогих подарков. Подумайте, поройтесь в памяти, что-нибудь да изобретете. Я даю вам срок до конца недели. В субботу утрем я должен направить отчет мистеру Палмеру. От вас зависит, какой отчет я пошлю. Я буду ждать вас здесь в пятницу, в такое же время. Деньги должны быть при вас. Если вы не придете, в субботу утром мистер Палмер получит второй – правдивый отчет. – Я встал, чтобы распрощаться, но остановился. – Да, и еще одно, миссис Хэмел. Не вздумайте кинуться к Поффери. Он – профессиональный убийца. Я его не боюсь: слишком давно имею дело с рэкетом, поэтому я принял меры предосторожности. Отчет об истинном положении вещей – у моего адвоката. Если со мной что-нибудь произойдет, он передаст его полиции. Уверяю вас, сто тысяч долларов – ничто по сравнению с десятью годами тюрьмы.
Я смягчил суровость во взоре и одарил миссис Хэмел лучезарной улыбкой. Она не сводила с меня глаз и сидела неподвижно, словно восковая фигура.
Я повернулся и ушел, почти не сомневаясь, что деньги она найдет. Сто тысяч долларов! С ума сойти!
В гавани жизнь била ключом. Возвращались рыбачьи лодки, полные крабов и разной рыбы. Повсюду толклись зеваки-туристы с фотоаппаратами. Эл Барни болтал с каким-то стариканом-туристом, видно, надеялся на угощение.
Я прокладывал себе дорогу сквозь толпу, направляясь к Крабьему двору. Когда я свернул с набережной, передо мной возник Том Лепски.
– Привет, Барт!
Я затормозил и выдал ему радостную улыбку:
– Привет, Том! Как дела? Он надул щеки:
– Все еще копаем. Не могу понять, кому понадобилось разделаться с Питом и четырнадцатилетним мальчишкой.
– Я уже говорил Лу. Сводили счеты, а мальчишка подвернулся под руку.
– Все может быть. А ты что тут делаешь?
– Тоже копаю. Пока, Том. – Я попытался обойти его, но он ухватил меня за руку:
– Колдвэлл вроде не сомневается, что Поффери здесь нет, но мне все же сдается, что эти убийства его рук дело. Так что смотри в оба.
Я высвободил руку:
– Если увижу его, тебе первому сообщу, – и углубился в переулок.
Прежде чем свернуть под арку, ведущую в Крабий двор, я остановился и оглянулся. Лепски не было видно, так что я спокойно прошел в подворотню и вступил в разящий гнилью двор. Мальчишки и на этот раз гоняли мяч. Увидев меня, они насторожились, и в их темных глазах засветилось подозрение. Я прошел мимо них в следующий двор. Как только я двинулся дальше, они снова взялись за мяч.
Выгоревшая вывеска в следующем дворе гласила: “Рачий тупик”. Я пересек площадку и нашел номер два. Поднялся по скрипучей лестнице. Дом провонял насквозь. Перила лестницы, казалось, того и гляди рухнут. Каждая ступенька грозила развалиться под моей тяжестью. Я продолжал подниматься. Где-то на полную мощность был включен телевизор, где-то бранилась женщина, лаяла собака. Наконец я добрался до верхнего этажа. Он был под самой крышей и, по существу, представлял собой тесный чердак. Прямо передо мной темнела дверь. Жара здесь стояла такая, что по лицу у меня струился пот. С трудом переводя дух, я постучал и стал ждать. Прошло некоторое время, я постучал снова. Дверь открылась.
Передо мной стоял Джой. Когда он увидел меня, его смуглое мальчишеское лицо расплылось в улыбке.
– Привет, Джой, – сказал я. – Ну и жарища тут у вас…
Он пропустил меня в маленькую комнатушку со скошенным потолком – три кровати, три стула, стол и обшарпанный старый радиоприемник. Хотя окно в скошенном потолке было открыто настежь, в комнате стояла умопомрачительная жара.
– Ну что, Джой, есть новости? – спросил я, продвигаясь поближе к открытому окну.
– Джимбо следит за баром, мистер Андерсен.
Они все еще там.
– Ты уверен?
– Они там, – подтвердил мальчишка.
– Они могут перебраться в другое место. – Я вынул свой старый бумажник и дал Джою еще десять долларов. – Следите внимательно. Если они перейдут куда-нибудь, сразу сообщите мне куда.
Джой кивнул и взял деньги.
– Хорошо, мистер Андерсен. Пойду прямо сейчас туда и скажу Джимбо.
– И будь осторожен, Джой. Улыбка на его лице исчезла, а глаза загорелись злобным блеском.
– Знаю, мистер Андерсен. Томми они убили, но нас с Джимбо им прикончить не удастся.
– И все-таки, Джой, будь осторожен. Я спустился вниз и пошел на набережную, где оставил свою машину. Сев в нее, я поехал вдоль Океанского променада. Наступило время ленча. Я остановился у ресторана, куда иногда наведываюсь, – там подают морские продукты. Хозяин ресторана – вьетнамец – вышел мне навстречу и провел к столику в укромном углу. В ресторане уже завтракало несколько туристов, но пока посетители еще не заполнили зал – было слишком рано. Позже здесь яблоку негде будет упасть. Я заказал фирменное блюдо, закурил и стал подводить итог своим утренним действиям.
"Что ж, Барт, мальчик мой, – подумал я, – ты определенно преуспел”.
Сто тысяч долларов!
