Коля хватил Цыбена за грудки, прижал к стене дома, но сказать ничего не успел. Появилась маленькая Чапа, громко завыла, и Цыбен тут же обратился в волка. Володя узнал его, это был тот самый Заморыш, что пытался вцепиться ему в глотку исподтишка. Все произошло так быстро, что Коля обратился на мгновение позже, и Заморыш вцепился ем в глотку. Володя бросился ему на помощь, но ощутил острую боль, Чапа мертвой хваткой вцепилась в его хвост.
Володя закружил волчком, пытаясь сбросить Чапу, а Коля при всем старании никак не мог вырваться из тисков Заморыша, тот крепко держал его за горло. Извернувшись, Володя шлепнул Чапу об угол дома. Собачка взвизгнула и разжала свою пасть. Володя схватил ее за загривок, рванул, и ощутил, что шея Чапы хрустнула.
В следующее мгновение он будто попал под большую машину. От нежданного удара он подлетел и ударился о стену дома. Перед ним стоял огромный черный косматый волк. По глазам этого хищника Володя понял, что перед ним савдак Баты.
Волк пошел нахрапом, с абсолютной уверенностью в собственном превосходстве. И Володя ощутил, что и вправду мало что может противопоставить этому гиганту. Заморыш тем временем добивал Колю, терзал его с упоением, не жалея сил.
Черный савдак хоть и был черным, по манере сражаться мало чем отличался от других савдаков. Он, как и все прочие ему подобные, метил в шею. А шея у Володи в этом обличье была покрыта плотным войлоком свалявшейся шерсти. Волк поймал его за шею, рванул и замер с куском войлока в пасти. Володя в ответной атаке схватил савдака за нос.
Волк заметался в попытке скинуть противника, несколько раз ударил им по дому так, что строение заскрипело как старый корабль от удара большой волной. Но Володя сжимал свои челюсти все крепче и крепче, до тех пор, пока савдак не вытянулся и не забился в агонии.
Володя атаковал Заморыша сзади, поймал того за корешок хвоста и рванул слегла в сторону. Заморыш взвизгнул, упал на спину и сложил лапы в позе «сдаюсь». Одним ударом Володя перебил ему глотку и бросился к Коле. Обращался тот медленно, с трудом, болезненно, но все еще дышал.
— Долго ты, — Коля сказал так, будто подул в трубу.
— Этот черный здоровым оказался, — Володя виновато улыбнулся. — Скажи, что делать? Я не знаю, опыта нет.
— А ничего не сделаешь уже. Савдак мой подыхает. Добей меня, пожалуйста? Не хочу быть как те, на стоянке.
— Я не смогу.
— Я тогда, когда про вызов тебе сказал, наврал тебе. Главного не сказал, — лицо Коли начало покрываться глубокими морщинами. — Я, Батуху извести хотел. О тебе не думал. А Батуха понял все. Ты мог не дойти. Но я тебе не сказал…
— Да ладно тебе, — Володя подстелил под голову Коли старый сапог. — Я не в обиде, дошел же. Значит, так надо было.
— Добей, если простил…
Володя почему-то не ощутил при этих словах ни страха, ни волнения. Он достал нож, и ввел его туда, где все еще билось сердце выжатого как лимон Коли. Тот вытянулся и затих, с легкой улыбкой благодарности на лице.
Задрав голову, Володя завыл, громко, протяжно, скорбно. У крыльца, вздрогнув пару раз, очнулась Чапа. Володя подошел к ней, поднял ее за горло, и прохрипел: «Веди меня обратно, тварь!».
***
Чапа бежала то и дело озираясь. Она явно что-то замышляла, но ее скудного савдачьего мышления не хватало для того, чтобы перехитрить Банхара. Володя время от времени подгонял ее, покусывал сзади чтобы бежала быстрее. Чапа скалила крохотные клыки, огрызалась.
Вдруг где-то впереди Володя увидел тени. Несколько весьма крупных савдаков мчались за такой же Чапой. Рядом с ними бежало нечто, похожее на рослого, атлетично сложенного человека. Только кожа у этого человека была почему-то синего цвета.
Володя схватил Чапу за спину, рванул пару раз и отпустил. Она гортанно зарычала и засеменила передними лапами. Задние ее лапы теперь волочились как две узкие кухонные тряпки.
Синий не ожидал нападения. Володя схватил его за шею и рванул. Бежавшая впереди группы Чапа громко завыла. Савдаки, что шли за ней, развернулись и кинулись на Володю.
Синий человек оказался нечеловечески сильным, и Володе понадобилось время, чтобы расправиться с ним, а заодно потерпеть весьма ощутимые укусы савдаков, атаковавших его со всех сторон.
Он отпустил Синего только тогда, когда тот вытянулся и забился в судорогах. Буквально на глазах он начал каменеть. Володя поймал некрупного, но жилистого савдака бурой масти и свернул ему шею. Савдак тут же превратился в горстку пепла. Затем был черед Чапы, Володя сорвал ее со своей шеи и прибил ударом лапы. Остальные савдаки кинулись наутек в обратном направлении, туда, откуда пришли.
Володя отыскал среди покрытых льдом камней свою Чапу, взял ее за загривок и помчался дальше. По пути он разогнал еще два отряда савдаков, и убил их Чап-следопытов.
Когда, наконец, слева от него показался силуэт горы Хан Уула, Володя свернул Чапе шею, машинально обратился и побрел к заимке, дрожа от холода и кутаясь в обрывки одежды.
В доме было тщательно прибрано, всю старую одежду убрали, кровати в два яруса были застелены свежим бельем, будто и не жил здесь никто.
