— Асуров? — Ратмир посмотрел в сторону города. — И много их прибыло?
— Много, целый отряд. Но в основном там девушки.
— Лучшие воины асуров — девушки, — заметил Дахалэ. — Так в свитках написано. Личная гвардия повелителя асуров состоит из девушек-воительниц.
— Не нравится мне это, — Ратмир нахмурил брови. — Пусти нас до библиотеки, пока правитель занят, мы поговорим с библиотекарем.
— Хорошо! Но пропустить могу только вас.
— Я возьму с собой чужеземцев. Оружие они оставят здесь.
— Вам тоже нужно оставить свое оружие, — не унимался начальник дозора.
— Хорошо! — согласился Ратмир.
Дозор помчался к городу.
— Даян, — Ратмир подозвал к себе одного из воинов. — Скачи в лагерь, всем полная готовность. Долину правителей взять в кольцо. Никого не впускать и не выпускать.
Даян кивнул и погнал лошадь в степь.
Максары мало чем отличались от обычных людей, разве что жили богаче. Вокруг крепости колосились поля, благоухали рощи с деревьями, похожими на стебли огромных цветов, стояли деревни с красивыми, богатыми домами. По окраинам эти деревни были обнесены частоколами и рвами от конных набегов.
По улицам города носились маленькие максары, степенно вышагивали синеокие женщины в красивых платьях, старики брели, тут и там мелькали наряды воинов в доспехах. Никто не обращал внимания на Ратмира, сопровождавшего чужеземца онгона и большую мохнатую собаку.
— Ох, Далэ, старый мой друг, — библиотекарь асуров изобразил скорбь на лице.
Это был пожилой асур, рослое полубожество, примерно на голову выше самого рослого максара. Глаза его и кожа были цвета неба. Возраст асура выдавали легкая сутулость и тонкая, длинная борода. Из одежды на асуре была лишь набедренная повязка, просторный плащ и сандалии.
Он держал голову Далэ и разглядывал скорее с любопытством, чем с сочувствием. В зале, где асур принимал гостей, бросалась в глаза огромная картина, мозаика, на которой было изображено дерево. Оно росло из дюн Мертвой пустыни, а кроной упиралось в небо.
— Не смущайся, Володя, — сказал асур, ощутив на себе взгляд пса. — Мы, асуры не умеем выражать скорбь. Но ради своего друга я стараюсь.
— Да ладно, я о своем думаю, — Володя почесал за ухом.
— Ну что же, покажите мне этот камень, — асур положил голову Далэ на мраморный стол и протянул массивные, узловатые руки.
— Мы обменяли черный алмаз на банхара, — ответил Дахалэ.
— Вы поторопились, у меня не будет аргументов во дворце правителей асуров.
— Я видел этот алмаз, — Ратмир сделал шаг вперед. — Могу поклясться сущностями первозданных.
— Этого мало, его нужно видеть! — асур отвесил подзатыльник молодому максару, что сидел за мраморным столом и вел протокол беседы. — Я говорил тебе не класть свитки на стол для трапезы?
Начинающий библиотекарь торопливо собрал свитки и выбежал из залы.
— Простите, библиотекаря максаров, как вы уже, наверное, знаете — убили. А этот молодой бездельник думает только о молоденьких девушках. У асуров время трапезы. Не желаете присоединиться?
— Онгонам не подходит трапеза асуров, — заметил Дахалэ. — К тому же у нас мало времени.
— На моей кухне найдется что-нибудь и для онгонов. А все важные вопросы асуры обсуждают после трапезы. Вы — мои гости. Прошу к столу.
Асур похлопал в ладони. Вскоре появились прекрасные, почти нагие девушки-асуры с разносами, полными необычных глазу Володи яств.
— Вас, мой друг, я не могу пригласить к общему столу, — обратился асур к Володе. — Но зато у меня есть для вас достойное угощение.
— Спасибо, я не голоден, — соврал Володя.
— Не лги мне, банхар.
Перед Володей поставили большую золотую чашу, по сути — тазик из золота.
«Дожил, кормят как собаку, из миски», — подумал Володя, и заметил краем глаза, что Ратмир и Дахалэ смотрят на него как-то странно, с каким-то через чур холодным спокойствием. Рука Ратмира медленно сползла к поясу, на которой висел боевой горн.
Володе налили в миску нечто, похожее на парное молоко. Запах от этой жидкости ударил в нос мягким теплом и в животе Володи заурчало.
— Отведай, мой друг, это молоко девиц асуров, напиток богов. Он придаст тебе сил перед дальней дорогой.
Володя сам не понял как его язык коснулся жидкости. Он начал лакать молоко жадно, и никак не мог заставить себя остановиться.
— Отложи свой горн, Ратмир великолепный! — Голос асура стал жестче. — Тут он тебе не поможет! Брось его на пол!
Ратмир бросил горн на пол.
— А ты, Дахалэ, не вздумай исчезать!
Девушки асуры обступили Ратмира и Дахалэ, приставили кинжалы к их шеям.
— Это лучшие воительницы моей страны, — асур улыбнулся. — Не советую их злить.
Володя бросился к Дахалэ и замер в прыжке, пролетев еще немного по инерции упал на каменный пол.
— Ты попал в нужные руки, пес, — асур присел и погладил Володю по голове. — Асурам черный алмаз не нужен. Мы и без камня тебя раскроем.
С трудом приподняв голову Володя увидел, что глаза асура стали черными как уголь.
***
Володя увидел кусочек неба, голубой круг в обрамлении прутьев, укрытых грязным, задымленным войлоком.
— Где это я? — хотел было сказать он, но из горла его вырвался тонкий писк.
