Справедливости ради следует отметить, что для реализации нового проекта "СБС" был подготовлен не только в коммерческом плане, но и в плане технологической оснащенности. Созданный тогда и работающий до сих пор в практически неизменном виде, хотя и в распоряжении другого собственника, вычислительный центр "СБС-Агро" в Москве на Смольной улице все еще остается для банковского сообщества "буржуйской роскошью". Это — десятки тысяч квадратных метров технологических помещений, тысячи квадратных метров тестовых и продуктивных машинных залов, оборудованных по самым высоким стандартам On-Line Processing. Здесь есть все, что позволяет банку работать даже в условиях чрезвычайной ситуации: резервные линии электропитания, тройное "горячее" резервирование дизель-генераторами, промышленный способ кондиционирования компьютеров, зонирование и разграничение доступа на объекте, в зависимости от функционального назначения помещений.
Менеджеры "СБС": управленцы и технологи, — проявив недюжинную энергию, в исключительно сжатые сроки интегрировали филиалы "Агропромбанка" в единую банковскую информационную систему. Они обеспечили необходимые технологические условия для учета банковских операций в режиме реального времени, то есть операционный день во всех филиалах "СБС-Агро", от Калининграда до Владивостока, завершался сведением всех расчетов и платежей в общий текущий баланс с отражением на едином корреспондентском счете. В Москве, Санкт-Петербурге, других крупных городах были созданы учебно-методического центры переподготовки специалистов "Агропромбанка": бухгалтеров, экономистов, кредитных экспертов и операционистов.
По мнению А.П.Смоленского, всегда охотно общавшегося с прессой, все финансовые проблемы "СБС-Агро" были связаны исключительно с государством. В качестве первичного дилера банк обязан был держать многомиллиардный пакет ГКО и валютных облигаций Минфина, хеджировать валютные риски иностранных инвесторов (margin call) и обеспечивать возврат кредитов заведомо неплатежеспособных заемщиков. При этом владельцы (акционеры) банка вначале надеялись на то, что Центральный банк удержат валютный коридор в границах заявленного на 1998 год обменного курса. После кризиса 17 августа 1998 года они надеялись на стабилизационный кредит, а через год — на национализацию. В итоге все эти действия, по мнению г-на Смоленского, обернулись против "СБС-Агро". Оппоненты г-на Смоленского из числа кредиторов и регуляторов банковского рынка до сих пор считают, что дефолт лишь усугубил проблемы "СБС-Агро", который имел "дорогие короткие пассивы" и "вороватых менеджеров", принимавших в обеспечение кредитов недостроенные коровники и плохо и заасфальтированные участки шоссейных дорог — от райцентра до центральной усадьбы колхоза.
Склоняться к первой или второй точке зрения — значит излишне упрощать ситуацию. Видимо, отчасти правы и А.П.Смоленский, и его обвинители. Полное право на существование имеет точка зрения о том, что "СБС-Агро" и "Инкомбанк" просто опередили свое время: вышли на рынок корпоративных и розничных банковских услуг тогда, когда доминирующим фактором развития банковской системы являлись финансовые спекуляции, подрывавшие саму основу экономического базиса страны и ее денежно-кредитной системы. Злословящим же про эти великие банки предлагаю проникнуться смыслом пророчества Кассандры (?????????):
"Все великое земное
Разлетается как дым:
Ныне жребий выпал Трое,
Завтра выпадет другим".
23 августа 1998 года финансовый кризис перерос в политический. Президент Б.Н.Ельцин отправил С.В.Кириенко в отставку и назначил временно исполняющим обязанности главы кабинета министров В.С.Черномырдина. 7 сентября 1998 года Ассоциация российских банков обратилась к Президенту Б.Н.Ельцину с требованием немедленной смены руководства Центрального банка. В тот же день. С.К.Дубинин направил Б.Н.Ельцину письмо с прошением об отставке. По сведениям из разных источников, С.К.Дубинин больше, чем кто бы то ни было, даже больше, чем С.В.Кириенко, прочувствовал всю тяжесть ответственности и за сам кризис, и за приведшие к нему политические ошибки. В начале сентября 1988 года он выглядел полностью подавленным, а после отставки жаловался на то, что его бросили все, даже те, кого он считал своими друзьями и соратниками. Могу свидетельствовать, что Дубинин был единственным из должностных лиц, кто аккуратно посещал заседания Временной Комиссии Совета Федерации по расследованию причин кризиса 17 августа 1988 года, представлял требуемые документы и давал по ним подробные объяснения. Е.Т.Гайдар, С.В.Кириенко, А.Б.Чубайс, участвовавшие в принятии злополучного решения 17 августа 1998 года, приглашение к парламентскому расследованию проигнорировали, по-видимому, не считая Совет Федерации органом, аналогичным Сенату США, а Российскую Федерацию — правовым государством.
