К июлю 1993 года количество старых денежных знаков Госбанка СССР и Центрального банка РФ образца 1961–1992 гг. в обращении на территории России оценивалось в 1100 млрд. рублей. Это отрицательно сказалось на денежном обращении и подталкивало инфляцию, которая в 1992 г. достигла 1300 % (от 12 до 35 % в месяц). Необходимо было срочно принимать меры по защите денежного обращения в России и вводить соответствующую масштабу цен купюрную разбивку денежных знаков. 26 июля 1993 года Банк России, объявил о прекращении хождения на территории России денежных знаков образца 1961–1992 годов. Датой окончания денежной реформы было назначено 7 августа 1993 г. До этого времени граждане России могли сдать старые деньги и получить на руки обменные купюры на сумму не более 100 тыс. рублей. Если количество денег превышало эту сумму, то "излишек" начислялся на счет в Сбербанке на полгода с начислением установленного процента по вкладу. Всего в ходе реформы было изъято 24 млрд. рублей образца 1961–1992 гг.
Благодаря этой реформе Россия с некоторым опозданием вышла из так называемой "рублевой зоны", распространявшейся на все бывшие союзные республики. Разумеется, Центральный банк не организовал бы обмен купюр старого советского образца на новые российские, не заручившись поддержкой Президента Б.Н.Ельцина и председателя Правительства В.В.Черномырдина. При этом, вначале, они почему-то сделали вид, как будто, данная реформа — инициатива вернувшегося в свое кресло в офисе на Неглинной улице в Москве бывшего главного банкира СССР В.В.Геращенко.
И Министр финансов Б.Г.Федоров, и руководство Верховного Совета сразу же, как только денежная реформа началась, от нее отмежевались, причем Федоров потребовал немедленной отставки Геращенко. Можно понять коммунистически настроенных депутатов Верховного совета РСФСР: — из обращения изымались банкноты с советской символикой: гербом СССР и портретом Ленина. Труднее понять мотивы прогрессивного экономиста-реформатора Федорова. Между тем, вопреки его прогнозам, денежная реформа 1993 г., помимо отсечения наличной рублевой массы, скопившейся в странах СНГ, имела и определенный антиинфляционный эффект. Возросла скорость денежного обращения. В октябре 1993 г. среднемесячные темпы инфляции упали ниже 20 %, а в феврале- марте 1994 г. они опустились до уровня 10 %. В декабре 1993 г. инфляция упала до 13 %., а бюджетный дефицит сократился до 10 % ВВП. В течение почти всего 1994 года инфляция уже не выходили за отметку в 10 % в месяц.
Вопреки позиции Верховного Совета РСФСР действовало руководство Центрального банка и во время бурных политических событий в октябре 2003 г., отражая в значительной мере позитивное отношение к Указу Президента Б.Н.Ельцина от 22 сентября N 1400 "О поэтапной конституционной реформе в РФ" представителей банковского сообщества. Известно, что 5 октября 2003 г. начальник ГУ ЦБ РФ по Москве К.Б.Шор направил во все московские коммерческие банки телеграмму, в которой потребовал прекратить проведение всех операций по счетам ряда газетных изданий, общественных объединений и политических партий, поддержавших мятеж Верховного Совета РСФСР против Президента и Правительства Российской Федерации.
С 4 октября 1993 г. вступила в силу Инструкция Центрального банка N18 о порядке ведения кассовых операций, согласно которой предприятия могли иметь в своих кассах наличные деньги в пределах лимитов, согласованных с банками. Расходоваться наличные денежные средства могли только по целевому назначению. Например, заработная плата, социальные пособия, командировочные и т. п. Сверхлимитные наличные денежные средства подлежали инкассации, а нарушителей кассовой дисциплины, как в добрые старые советские времена, можно было преследовать по закону. Прием наличных денег предприятиями при осуществлении расчетов с населением мог производиться только с применением контрольно-кассовых машин. Вышеупомянутая мера, конечно, не сразу, но, по крайней мере, в течение следующих 3–4 лет положило конец массовой, неорганизованной торговле и привела к закрытию множества "блошиных рынков" в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.
На фоне бурных политических событий сентября-октября 1993 года прошел и для средств массовой информации остался практически незамеченный первый в истории современной банковской системы России кризис, связанный с прекращением деятельности "Кассового союза" — объединения банков, которое проводило взаимные зачеты требований участников рынка межбанковских кредитов (МБК).
