Жаль то есть, что это именно ваш банк так пострадал. Я, конечно, читал в газетах про жеребят-уродцев, это, в первую очередь, и подтолкнуло меня купить Сэнд-Кастла, но там не говорилось, какой банк...
У меня мелькнула мысль, что Алек мог бы и это упущение поставить себе в заслугу.
Оливер предложил Дисдэйлу еще кофе, который тот пил со сливками и сахаром, рассеянно прихлебывая и в то же время обдумывая, как теперь быть.
Ему приходилось перестраиваться на ходу, поскольку он узнал, что имеет дело с полудрузьями. У меня для перестройки было несколько дней, и я мог догадываться, с какой скоростью ему приходилось производить переоценку.
— Послушайте, Дисдэйл, — мирно сказал я, решив его огорошить. Мысль о покупке Сэнд-Кастла пришла к вам после выгодной проделки с Индийским Шелком?
Его разгладившиеся было черты вновь окаменели.
— Как... э-э... откуда вам о ней известно?
Я неопределенно пробормотал:
— Да так, ходили слухи на скачках. Но разве не вы купили Индийского Шелка за бесценок, когда он почти что подыхал, а потом отослали его к Кальдеру?
— Ну...
— И разве Кальдер не исцелил его? А потом вы его продали, вполне здорового. Без сомнения, вам до зарезу нужны были деньги, ведь он к тому времени выиграл Золотой Кубок в Челтенхеме. Разве не так?
Дисдэйл в шутовском отчаянии поднял вверх пухлые ладони.
— Понятия не имею, где вы это слыхали, но секрета здесь нет, да, все так и было.
— Хм. — Я смилостивился. — Это ведь сам Кальдер сказал по телевидению, что покупка Индийского Шелка была его идеей, так что мне пришло в голову... а вдруг и это тоже его идея. Я хочу сказать, он мог как-то намекнуть, предложить рискнуть вновь, ведь в прошлый раз все сошло гладко.
Дисдэйл поглядел на меня с сомнением.
— Да тут ничего плохого нет, — сказал я. — Это идея Кальдера?
— Ну, в общем, да, — решился он наконец. — Но деньги, разумеется, мои.
— И если вы, хм... купите Сэнд-Кастла, вы опять отошлете его к Кальдеру? Как Индийского Шелка?
Дисдэйл явно не знал, стоит ли отвечать, но, по-видимому, уверившись в моем дружеском интересе, наконец признал:
— Кальдер говорит, что даст ему быстродействующее укрепляющее, так что он в скором времени будет пригоден для скачек.
Оливер, который до этой минуты нервно прислушивался, не выдержал:
— Кальдер Джексон ничего не сможет сделать с Сэнд-Кастлом, если я не смог.
Мы с Дисдэйлом с одинаковым выражением лица выслушали ортодоксальную точку зрения, зная, что она скорее всего неверна.
— Я последние несколько дней думал вот о чем, — сказал я Дисдэйлу.
— Начнем с Индийского Шелка. Разве вы не сказали Фреду Барнету, когда предложили ему предельно низкую цену, что собираетесь сделать только одно — отправить умирающую лошадь доживать дни в покое на прекрасных лугах?
— Ну что вы, Тим, — доверительно сказал он, — вы же знаете, как это бывает. Покупаете за ту цену, которую можете дать. Фред Барнет, знаю, кругом жалуется, что я его надул, но при чем тут я, если он с тем же успехом мог сам послать лошадь к Кальдеру.
Я кивнул.
— А теперь скажите честно, Дисдэйл, вы снова планируете купить за ту цену, которую можете дать? То есть двадцать пять тысяч фунтов за Сэнд-Кастла — сделка такого же рода?
— Тим, — сказал Дисдэйл, наполовину оскорбленный, наполовину опечаленный, — что за гадкие подозрения! Друзья так себя не ведут.
Я улыбнулся.
— Не знаю, как вы, а я не думаю, что было бы мудро рекомендовать совету директоров принять ваше предложение, не обдумав его самым тщательным образом.
В первый раз тень испуга омрачила пухлое лицо.
— Тим, это честное предложение, вам кто угодно подтвердит!
— Я думаю, мое правление может привлечь и другие заявки. Если уж продавать Сэнд-Кастла, мы должны возместить все, что только возможно.
Страх пропал; вернулся бывалый делец.
— Это справедливо, — сказал он. — При условии, что вы вернетесь ко мне, если никто меня не перебьет.
— Будьте уверены, — сказал я. — Аукцион по телефону. Когда мы будем готовы, я дам вам знать.
С некоторой тревогой в голосе он сказал:
— Только не медлите. Время — деньги, вы же знаете.
— Я завтра же внесу ваше предложение на заседании правления.
Он сделал вид, что удовлетворен, но тревога еще давала о себе знать.
Оливер взял пустую чашку из-под кофе, которую Дисдэйл так и держал, и спросил, не хочет ли он посмотреть на лошадь, которую собирается купить.
— А разве он не в Ньюмаркете? — спросил Дисдэйл, вновь испытывая замешательство.
— Нет, он здесь. Вернулся вчера.
— А-а. Тогда, конечно, я хочу на него взглянуть.
Ему явно не по себе, внезапно понял я; по каким-то причинам Дисдэйл весьма основательно выбит из колеи.
