Вот уже шесть лет, подумала она, дожидаясь зеленого света на перекрестке, как они вчетвером остались без отца. Ее накрыла волна легкой грусти, и она вдруг заметила, что насвистывает любимую папину мелодию — гимн Королевской морской пехоты. Больше всего на свете ей хотелось сейчас поделиться с ним своим последним и самым опасным приключением. Это, конечно, не Гуз-Грин, но близко к тому. И она пролила свою кровь. «Неплохо, котенок», — сказал бы он кратко, но его едва заметная улыбка стала бы лучшей наградой, какую только могла пожелать любящая дочь.
Стало удушливо-жарко. Небо над городом теряло свою синеву, наливаясь свинцом. Моцарт умолк, и единственной музыкой, которая теперь звучала в ее мире, был отрывистый, совсем немелодичный марш ее собственного сочинения, помогавший ей не упасть духом. Эйфория улетучилась так же быстро, как и появилась. Темное, почти осязаемое чувство тревоги захватило все ее мысли. И от этого она принялась напевать еще громче.
Именно в этот момент она вдруг решила, что во рту возник странный привкус. Панический страх захлестнул ее с головой. Цианид. У нее при себе имелся флакон с перекисью, которой она сразу хорошенько промыла рот, но все же была уверена, что какая-то толика яда осталась в слюне. Поспешно отойдя на обочину дороги, она резко нагнулась и принялась сплевывать, пока во рту не стало совсем сухо. Дыхание участилось, сердце колотилось как бешеное. Опустившись на одно колено, она изо всех сил старалась успокоиться.
В таком положении они ее и нашли: она стояла на одном колене, пытаясь восстановить дыхание, и краска только начала возвращаться на ее щеки. Рядом остановился черный консульский «крайслер».
— Мисс Черчилль, с вами все в порядке? — спросил гладко выбритый мужчина, в котором она узнала одного из советников. Его звали Билл, или Боб, или Брайен.
— Привет, — ответила она, вяло махнув рукой. Но на лице тут же появилась улыбка, словно говорившая:
— Брэд, — с невозмутимым видом поправил он ее. — Простите, но нам велено доставить вас в консульство.
Поднявшись на ноги, она уже не сомневалась, что Брэд и водитель из местных следовали за ней всю дорогу.
— Но мой рейс только в два ночи, — немного неуверенно заметила она.
— Простите, планы изменились. Самолет уже ждет вас.
— Рейс на Вашингтон?
— Нет, мэм. На Париж. Приказ адмирала Гленденнинга.
— Ты просто не можешь сейчас взять и закрыть позицию. Это самоубийство. Ты хоть понимаешь, сколько можно выиграть при продаже такого блока акций? Пункт, а то и побольше. Сто тысяч все-таки деньги, как ни крути. Какое там у тебя падение? Тридцать процентов. Не суетись. Дай мне время прощупать рынок. Не надо спешить. Дождемся следующего ралли акций, тогда и продадим. Оно уже на подходе. Наберись терпения и выбери нужный момент. Я продаю и покупаю акции уже двадцать шесть лет и знаю, когда пора, а когда не пора. Говорю тебе, момент на подходе. Рынок перевернется со дня на день. Слишком долго трейдеры отсиживаются на обочине. Ликвидность падает. Пенсионные планы, все как один, с избыточным финансированием. Основные индикаторы идут вверх: доверие потребителя, индекс деловой активности. Индекс промышленных цен устойчив. Инфляция под контролем. Процентные ставки в ближайшее время меняться не должны. Такой рынок не может не взорваться в любую минуту. Мы сидим на пороховой бочке. Слышишь? На пороховой бочке. Поверь, не пройдет и года, как мы станем штурмовать новые высоты. Забудь об одиннадцати тысячах. Думай о двенадцати. Даже о двенадцати с половиной. Теперь не время становиться зрителем. Ты понял? Нельзя сейчас закрывать позицию.
В офисе с видом на Эйфелеву башню Марк Габриэль отодвинул от уха телефонную трубку. «Беда с этими частными банкирами, — подумал он, — вечно они путают собственное благосостояние с благосостоянием клиентов». Его брокера вовсе не волнует, что в результате продажи более четырехсот тысяч голубых фишек — акций известных, благонадежных компаний — его самый крупный клиент теряет более десяти миллионов долларов. Его пугает только то, что его собственная карьера может оказаться в полной заднице, если Марк Габриэль со своей компанией покинет корабль.
