За стойкой тут же кто-то крепко выругался мужским голосом и охнул женским. Точнее, тётушкиным. А после мы с Мастером с изумлением увидели, как из-за стойки показалось две головы. Едва мы шагнули ближе, как нам открылась полная картина. Взлохмаченная и красная тётушка поспешно приглаживала волосы и одёргивала платье, а бородач, пытаясь прикрыть обрывками рубахи исцарапанную грудь, разочарованно прогудел:
– Эх, рано явились!
Их вид не оставлял никаких сомнений в том, что именно они там делали. И при этом тётушка совсем не выглядела возмущённой! Похоже, всё, что там происходило, происходило с её полного согласия… Ишь как их накрыло-то, даже до комнаты не дошли. И ящика не постеснялись!
Судя по всему, в какой-то момент крайнее напряжение между ними, которое копилось так долго, просто резко полыхнуло от незначительной искры и… страсть, буря, безумие. М-да, кажется, мы действительно явились очень не вовремя.
– Ого, – обалдев, выдохнула я. А Мастер внезапно ухмыльнулся.
– Что ж, похоже, нам лучше тут не задерживаться, – насмешливо сказал он. – Впрочем, у меня есть отличная идея. Проси свой шоколад, выпьем его в другом месте. Тебе понравится.
К счастью, из моих сбивчивых объяснений ящик быстро понял, о каком заведении речь. И, спустя пару минут, наполненных смущённым сопением тётушки, на стойке появились две большущие чашки с шоколадом и огромное блюдо с печеньем.
Мастер позволил мне, наконец, спуститься на пол и подхватил одной рукой тяжеленное блюдо, а другой приобнял меня за талию.
– Держи чашки, – распорядился он. Едва я их взяла, как бар вокруг растворился в разноцветном вихре, а в следующий миг мы оказались в совершенно другом месте, и от открывшегося вида у меня перехватило дыхание.
Мы находились на чём-то вроде небольшого астероида, который завис в звёздной пустоте. Он был очень тёплый и будто даже слегка пульсировал: я чувствовала это босыми ногами. Но главное – здесь повсюду росли лунные розы. Много-много лунных роз. Они сияли намного ярче, чем тётушкины цветы, а ещё от них отделялись и улетали куда-то ввысь маленькие огоньки, похожие то ли на светлячков, то ли на белые искорки. Как же красиво это было…
Чуть впереди в бездонной пустоте космоса я видела здоровенную светящуюся воронку, похожую на водоворот. При взгляде на неё я ощущала странные чувства: казалось, оттуда кто-то смотрит на нас. Кто-то невероятно огромный и древний, как само время. А может, даже древнее. Сначала было чуть жутковато, а потом меня наполнило какое-то удивительное умиротворение.
Казалось, пространство вокруг искривлялось. Я видела разноцветные планеты, видела скопления галактик и даже некое изломанное подобие млечного пути. Здесь будто множество миров и временных линий сошлось в одной точке. Эта мысль сама собой всплыла в моей голове, словно кто-то её туда вложил.
– Что это за астероид? – осипшим голосом уточнила я, глянув под ноги.
– Это зародыш нового мира, пока ещё совсем крохотный, – с улыбкой отозвался Мастер, пристраивая блюдо с печеньем на твёрдую каменистую поверхность у самого края и забирая у меня чашки с шоколадом. – Можно сказать, это семечко, из которого прорастёт новый мир. Ты ведь хотела почувствовать дыхание Вселенной? В этом месте оно ощущается наиболее явственно. Здесь ты в прямом смысле можешь заглянуть в Вечность.
Он кивнул в сторону воронки. У меня просто не нашлось слов.
Мастер пристроил чашки рядом с блюдом, а после сел на край, свесив ноги в пустоту, и приглашающе похлопал рукой по тёплой каменистой поверхности. Я молча устроилась рядом.
А потом мы… просто сидели в халатах на краю зарождающегося мира, болтали ногами и молча ели тёплое печенье, обмакивая его в густой шоколад, пока перед нами сияла и подмигивала многочисленными звёздами Вечность.
– Ну что, не пожалела, что пошла со мной? – спросил Мастер, когда половина блюда опустела.
– Ни на один миг.
Он улыбнулся, но глаза его были невероятно серьёзны.
– Думаю, это лучшее место, чтобы сказать тебе то, что я давно хотел сказать. Перед лицом Великой Вечности я дарю тебе своё сердце, свой огонь и свой путь.
– Что это, Мастер? – прошептала я, до глубины души поражённая силой этих слов. Это определённо были не просто слова! В момент их произнесения что-то менялось в самой ткани Вселенной, и я каким-то образом явственно чувствовала это.
– Это моя клятва тебе. Тебя она ни к чему не обязывает. Я не жду ответа. Мне просто хотелось сказать это.
Чуть помолчав, я медленно и веско повторила его слова:
– Перед лицом Великой Вечности я дарю тебе своё сердце, свой огонь и свой путь.
– Ох, маленькая, – почти беззвучно выдохнул дракон. – Ты хоть осознаёшь, что сделала?
Внезапно от меня к Мастеру и от Мастера ко мне прямо в воздухе протянулись тонкие серебристые лучи. Встретившись, лучи сплелись в удивительно красивый узор. И, честное слово, я всем телом почувствовала их соприкосновение. Это было безумно приятно.