Тётушка обошла меня по кругу, быстро щёлкая пальцами над лицом, разными участками тела и волосами. Пару раз она наклонялась сама и разок просила наклониться меня. По ощущениям ничего особо не изменилось, разве что на миг как будто стало чуть теплее. Зубы мы “почистили” таким же образом. Я приоткрыла рот, и тётушка щёлкнула перед ним пальцами. Вот тут эффект, кстати, был очень ощутимым. Пропал сладковатый привкус печенья, и во рту воцарилась свежесть. Я спросила, надо ли снимать платье, но тётушка заверила, что нет. Вроде как такая тонкая ткань чарам не помеха.
Закончив приводить меня в порядок, тётушка ушла, но скоро вернулась: она принесла несколько чистых тряпиц, заменяющих туалетную бумагу, и свежую простыню на замену прежней, принадлежавшей помощнику. Кроме простыни ничего не было – как оказалось, здесь никто не пользовался одеялом, поскольку никто не мёрз. Ну отлично. Можно было бы укрыться халатом, но вряд ли он на это согласился бы. Вот ведь дикость! Могла ли я подумать, что когда-нибудь согласие халата будет иметь для меня значение?
Тётушка снова пожелала доброй ночи и ушла. В этот раз уже насовсем, а точнее, до завтрашнего дня. Или вечера. Ведь основная смена здесь, как видно, проходила с вечера до утра. Мне было сложновато ориентироваться, поскольку на улице совсем не темнело. Там по-прежнему светило солнце.
Когда за тётушкой закрылась дверь, я поёжилась. Очень не хотелось оставаться один на один с осознанием того, в какой ситуации я оказалась. Пока тётушка находилась рядом, было легче.
Ещё мне совершенно не хотелось спать, более того, казалось, что уснуть в подобной ситуации попросту невозможно, даже если бы здесь была мягкая постель, а не твёрдая лежанка, которая по удобству ничем не отличалась от деревянной лавки.
Неплохо бы провести ревизию имеющихся у меня вещей, чтобы точно оценить положение, в котором я оказалась. Приняв такое решение, я вывернула все карманы в сумке и разложила вещи на ящике перед собой.
Итак, в наличии имелось: расчёска, банковская карточка, неработающий телефон с минимумом зарядки, ключи от дома, зеркальце с исцарапанной крышкой, паспорт, раздавленная подушечка мятной жвачки, пара тампонов, пилка – и всё.
А ведь у меня ещё совсем недавно была полезнейшая привычка таскать с собой шоколадный батончик или пачку орешков в универ, чтобы было чем себя порадовать на скучной лекции, притаившись на задних рядах! И что мешало мне оставить эту привычку после окончания универа?
Если благополучно вернусь домой, непременно всегда буду таскать с собой в сумке еду, пару рулонов туалетной бумаги, аптечку, косметику для ухода за лицом, щётку и зубную пасту… Лучше даже рюкзак, наверное, куплю.
Страстно себе это пообещав, я перешла к ревизии вещей предыдущего помощника.
Помня о ситуации с халатом, дверь шкафа я открывала настороженно, опасаясь, что оттуда ещё что-нибудь на меня выпрыгнет. Но даже если так – фиг я снова привлеку внимание вредного дракона!
К счастью, в этот раз на меня никто не выскочил. Остальная одежда, видимо, зачарованной не была. Халат же скукожился в самом низу шкафа, забившись в правый угол. Чем-то он напомнил мне пса, который свернулся в ожидании хозяина. Трогать я беднягу не стала – стоило мне только приблизиться, он зловеще вскидывал рукава и пояс снова начинал совсем по-змеиному извиваться. Разве что не шипел.
Ничего полезного я в вещах помощника не нашла. Два до крайности вытертых мешковатых комбинезона были впору долговязому здоровому парню, но я использовать их не могла при всём желании. Не стесняясь, я тщательно проверила карманы – мне в моём положении деликатничать не приходилось. Если бы там было хоть что-то, способное облегчить моё выживание, я бы очень обрадовалась. Но увы, ничего не нашлось. Карманы были абсолютно пусты. Странно как-то!
Халат, недовольный тем, что я трогаю вещи хозяина, то и дело агрессивно взмахивал рукавами в мою сторону и барабанил ими по стенке шкафа, будто пытался отпугнуть зверя.
Закончив с осмотром шкафа, я тщательно исследовала остальную часть комнаты. Ну не может же у помощника не быть каких-то вещей? Как он жил? Почему у него такой странный набор одежды – лишь два заношенных до крайности комбинезона и новенький белоснежный халат из отеля?
Нет, понятно, что парень был не человеком, а представителем какого-то вида нечисти. Но всё равно странно.
Больше ничего полезного обнаружено не было. Парень действительно оказался презагадочнейшим персонажем. Возможно, он укрывал свои вещи каким-то заклинанием невидимости? На всякий случай я снова походила по комнате, попинала ногами воздух у стен и помахала руками над прочими поверхностями, чувствуя себя при этом полнейшей идиоткой. Что ж, если где-то здесь и был спрятан саквояж, то спрятан он был на удивление качественно.