Силы были достаточно равны и существенного перевеса не имел никто вот уже два с лишним столетия. Ограбить несколько городов, напав неожиданно – легко. Оккупировать кусок бесплодной нейтральной территории тоже. Решительная победа не давалась.
К этому привыкли и давно относились достаточно спокойно, пока не пришло новое время, а с ним и новые технологии. Представители двух враждебных государств всегда внимательно следили за новинками в военном искусстве и технике. Неудивительно, что туканцы заинтересовались Борсовыми разработками.
Они вообще были народом достаточно воинственным. Кроме вечных войн с Миксатом еще и со своей прародительницей Северной Империей неоднократно сталкивались в сражениях. Как минимум дважды провозглашали независимость.
В первый раз сами попросили помощи у Империи от южных соседей и в результате получили крупнейшую религиозную войну. Из бывшей метрополии прибыли со своими понятиями, нетерпимыми для уроженцев страны. Потом было несколько мятежей и в связи с революционными событиями в разваливающейся Империи вновь поспешно отделились, изгнав государственных чиновников с другого океанского берега.
Зато к любым эмигрантам с умелыми руками здесь всегда относились очень приветливо. Работай, воюй в общем строю, плати налоги и никого особо не трогают ни твоя религия, ни форма носа или родной язык. Недаром здесь проживала крупнейшая община патранов, насчитывающая не менее четверти всего населения по численности. Многие ее представители достаточно высоко поднялись в промышленности и армейских структурах.
В Миксате патраны тоже имелись, но во много меньшем количестве, не более полумиллиона и дорога в аристократическом обществе наверх им не светила. Люди ищут где лучше. В основном предпочитали ехать в Тукан. Здесь существовали буржуазные штаты с соответствующими законами.
В Миксате правила потомственная олигархия и место уступать не собиралась. Впрочем, жили на юге потомки эмигрантов достаточно зажиточно. Свою практичность они не потеряли и с переселением. А в последние годы в Миксате титулы зажиточные люди принялись откровенно покупать. Не через женитьбу, а прямо деньгами. Патран-граф звучало достаточно странно, но уже и такие появились.
В огромной бальной зале, освещенной электричеством при помощи двух шикарных люстр, начались танцы. Помещение выходило на улицу несколькими огромными окнами, два крайних окна с балконами. Все двери в доме большие и двойные, украшенные резьбой и золотой краской. Богатство хозяев так и било в глаза. Окна широкие, потолки высокие и комнаты удивительно пропорциональны.
В одном конце бального зала имелась специальная сводчатая ниша. Очень удобное место для размещения «мам». Можно удобно устроиться на стуле и пообщаться с товарками, приведшими своих дочерей и воспитанниц. На стенах панели, обтянутые темно-оливковой парчой, а кресла и диваны – светло-зеленой. Официанты разносят шампанское в бокалах, а по просьбе могут доставить и пирожные.
Тею ожидаемо пригласил на первый танец тот самый пресловутый молодой человек. На поверку оказался хорошо воспитанным и прилично говорящим на человеческом языке. Дедушка с бабушкой из патранов. Нахватался слегка. Фразы строил недостаточна грамотно, однако понятно. Слава Богу, краснеть не пришлось. Как недавно при ней сказал один любящий внук: «Бабуля тебе закрыть окон, чтобы в морду не надуло?».
Спасибо и за такое знание родного языка, разъяснила бабушка на удивлено выпученные глаза гостей. Дети эмигрантов еще говорят с родственниками на их языке и изредка пишут. Внуки крайне редко. Для них Патран красивая легенда. А кто дает себе труд задуматься, обязательно спросят: «Если хорошо было на Родине, какого Холода уехали?»
– Может так и к лучшему, – задумчиво сказал Борс уже за дверью. – Они стремятся стать для здешних своими. А как иначе пробиваться? Хотя стесняться плохо говорящих или неграмотных родителей плохо.
– Но они же не будут больше патранами! – воскликнула Эла.
– Зато станут туканцами. Им здесь жить и растить детей. Незачем создавать лишние проблемы будущим поколениям.
Эла подумала и пришла к выводу: можно оставить Тею на ответственности молодого человека. Не то место и время, чтобы позволить себе лишнее. А если посмеет, так будет кристально ясно, с кем имеют дело. В принципе она достаточно навидалась за жизнь всевозможных инженеров и могла не хуже мужа поставить диагноз. Воспитание приличествующее имеется. Теоретические знания присутствуют, практических пока нет. Ничего страшного – дело наживное.
В данной ситуации не особо важно. Отец обеспечит приличное место в строительной компании. Без соответствующего жалованья не останется. Хватит содержать жену и детей. С этим нормально. Да и дочка у них не без приданного. Может они не миллионщики, но своим детям имеют что передать. Особенно сейчас, когда финансовые проблемы ушли на задний план, а Мата всерьез развернулась с продажей машин и взяла на себя семейные обязательства по расчетам с Котляровым.
