И Джейми ушел. Горе, которое поразило деревню, как дым впиталось в его кожу, волосы и одежду. Однако к скорби, которой полнилось сердце, примешивалась малая толика облегчения, эгоистичной радости, что на этот раз несчастье миновало его самого. Его жена жива. Его дети в безопасности.
Джейми спустился с холма, избрав кратчайший путь к тому месту, где ждал Билли. Времени оставалось мало. Сгущалась тьма.
— Нет, — решительно заявил Роджер. Прижимая к уху телефонную трубку, он повернулся к окну, за которым хмурилось унылое серое небо. — Не могу. Я ведь говорил, на следующей неделе еду в Шотландию.
— Родж, ну пожалуйста, — упрашивала Дин. — Это как раз по тебе. К тому же твои планы не слишком сдвинутся, в этом же месяце попадешь в Шотландию и сможешь охотиться там на оленей, сколько пожелаешь. И вообще, ты мне сказал, что твоя девушка приедет только в июле.
Роджер скрипнул зубами, как всегда, когда Дин отпускала шпильки в адрес шотландцев, и открыл было рот, чтобы ответить «нет», но не успел.
— К тому же это американцы, а у тебя отлично получается с ними ладить… — Фыркнув, она добавила: — Например, обсуждать девчонок.
— Послушай, Эдвина, у меня есть планы на отпуск. В них не входят экскурсии по лондонским музеям.
— Нет-нет, — заверила она, — мы нашли сопровождающих для экскурсий и заплатили им, тебе нужно будет заниматься только самой конференцией.
— Да, но…
— Мы хорошо заплатим, Родж, — мурлыкнула Дин, бросая на чашу весов последний, самый серьезный довод. — Я же сказала, это американцы. Ты понимаешь.
Дин выдержала паузу, чтобы Роджер смог осознать, сколь внушительную сумму заработает всего лишь за неделю, сопровождая группу американских студентов, куратор которых неожиданно заболел. По сравнению с его обычной зарплатой сумма просто астрономическая!
— О… — Роджер сам почувствовал, что колеблется.
— Я слышала, ты намерен жениться этим летом? Ну, так закажешь для гостей побольше телячьего рубца.
— Эдвина, кто-нибудь говорил тебе, что ты коварная искусительница?
— Никто, — хмыкнула она и деловитым тоном продолжила: — Увидимся в понедельник и обсудим.
Она повесила трубку.
Может, затея и неплохая, уныло подумал Роджер. Если честно, деньги не слишком его волновали, но конференция поможет отвлечься от грустных мыслей. Он взял смятое письмо, что лежало у телефона, и разгладил его; глаза, по-настоящему не вчитываясь, побежали по абзацам, содержащим слова извинений.
Ей очень жаль, писала Брианна. Она получила приглашение на конференцию в Шри-Ланке (о господи, американцы разъезжают по конференциям все лето!), там будет возможность завязать полезные знакомства, пройти собеседование (собеседование, боже правый, — она никогда не вернется, он так и знал!). Ужасно жаль. Увидимся в сентябре. Я напишу. С любовью.
— Ну да, конечно!.. С любовью.
Роджер снова скомкал письмо и бросил его на комод. Комок бумаги отскочил от уголка серебряной рамки, в которой стояла фотография, и упал на ковер.
— Неужели нельзя сказать прямо: мол, встретила человека!..
Он схватил фотографию в серебряной рамке, желая то разбить ее вдребезги, то прижать к сердцу. Раздираемый противоречивыми чувствами, постоял, глядя на нее, и аккуратно поставил на место.
— Прости, — сказал он, — таков уж я.
Роджер вернулся в колледж в последний день конференции — усталый и сытый американцами по горло. У стойки портье стояла адресованная ему посылка — пять деревянных ящиков с международной маркировкой.
— Что это? — спросил Роджер, одной рукой принимая расписку в получении у курьера, а другой нашаривая в кармане несколько монеток дать на чай.
— Откуда я знаю, — огрызнулся курьер, утирая пот со лба. Он только что вошел со двора, со стуком взгромоздив последний из ящиков на остальные. — Тебе видней, приятель.
Роджер подтолкнул верхнюю коробку: в ней не книги, а свинец. От толчка ящик немного сдвинулся, и показался конверт, приклеенный снизу. Роджер оторвал конверт и распечатал его.
«
С минуту Роджер смотрел на лист бумаги, затем свернул его и вложил обратно в конверт, который спрятал в карман рубашки. Присев, он приподнял верхний ящик. Боже, до чего тяжелый, фунтов шестьдесят, не меньше!
Обливаясь потом, Роджер затащил ящик к себе домой и прошел в крошечную спальню. Порывшись в столе, достал отвертку и, прихватив бутылку пива, вернулся в гостиную. «
