— Та, что велит солнцу сесть. — Фиона покорно села на стул. Роджер понял, что она решилась. — Бабушка владела древним языком, языком солнца. Сначала мы танцуем в кругу, а потом заклинательница становится лицом к расколотому камню и поет… Это не совсем песня… Напоминает проповедь, что читает священник на кафедре, звучит так же размеренно. Начинать нужно, когда солнце занимается над морем, а к концу песни лучи как раз проходят через камень.
— Ты помнишь слова? — В Роджере проснулся ученый, интерес исследователя возобладал над смущением.
Фиона не очень походила на бабушку, однако взгляд, которым она его смерила, до жути напоминал взгляд миссис Грэхэм.
— Я знаю их наизусть. Теперь заклинательница я.
Роджер понял, что стоит с отвисшей челюстью, и прикрыл рот. Фиона потянулась за жестяной банкой с печеньем.
— Тебе знать слова ни к чему, — ворчливо заметила она. — Ты спрашивал о миссис Эдгарс, вот о ней я и расскажу.
Фиона была знакома с Джиллиан Эдгарс, та тоже была танцовщицей, только новенькой. Она все расспрашивала более опытных, чтобы научиться как следует. Еще она хотела выучить песню солнца, но слова песни необходимо держать в тайне, их знают только заклинательница и ее преемница. Некоторые танцовщицы — те, что слышали песню из года в год, — запомнили их, но, разумеется, не все, а еще они не знали, когда следует начинать и как рассчитать время, чтобы финальные слова совпали с лучами солнца.
Фиона замолчала, уставившись на сложенные на коленях руки.
— Только женщины знают об этом, мужчин мы не допускаем, им нельзя рассказывать. Ни за что.
Роджер накрыл ладонью ее руки.
— Фиона, ты правильно сделала, что сказала, — мягко произнес он. — Пожалуйста, договаривай.
Она с глубоким вздохом вытянула ладони и вперилась в него взглядом.
— Тебе известно, куда она отправилась? Брианна?
— Туда же, куда и Джиллиан. Ведь так?
Фиона смотрела на него по-прежнему молча. Роджеру на миг показалось, что все это сон. Разве мог он на самом деле обсуждать с Фионой ритуальные танцы у камней и путешествия во времени, удобно расположившись на стуле и прихлебывая чай из чашки с профилем королевы? С Фионой, боже мой, с Фионой, которая интересовалась только тем, как ублажить Эрни и сэкономить на домашнем хозяйстве!
То есть он так думал.
Роджер взял чашку, сполоснул ее и вытер полотенцем.
— Я должен пойти за ней, Фиона, если это осуществимо.
Она покачала головой, явно встревоженная.
— Не знаю. Раньше проходили только женщины. Вдруг только женщины могут?
Роджер вертел в руках солонку. Это то, чего он и опасался.
— Что ж, выход один — проверить. — Перед глазами невольно встал грозный черный камень на фоне розового рассветного неба.
— У меня ее записная книжка, — прошептала Фиона.
— Чья? Джиллиан Эдгарс? Она что-то записывала?
— Записывала. Есть одно место… — Фиона посмотрела на него потемневшими глазами и облизнула губы, — мы храним там все вещи, необходимые для ритуала. Она оставила ее там, а я забрала… потом…
Ну да, после того как муж Джиллиан погиб в каменном круге, подумал Роджер.
— Возможно, книжка понадобилась бы полиции, — продолжила Фиона, — но мне не хотелось ее отдавать, к тому же я решила, что к убийству она не имеет отношения. Понимаешь, ее собственная записная книжка…
— Это была ее тайна, — сказал Роджер.
Фиона кивнула и перевела дыхание.
— Я прочла ее.
— И поэтому ты знаешь, куда она отправилась?
Фиона испустила тяжкий вздох и глянула на него со смущенной улыбкой.
— Ну, полиции эти записи все равно не помогли бы.
— А мне помогут?
— Надеюсь, — проронила она и выдвинула ящик буфета, достав небольшой блокнот, обернутый в зеленую ткань.
