Брианна выстрелила, потом снова, привыкая к тяжести ружья. Отдача оказалась меньше, чем она ожидала, черный порох был не таким мощным, как современные смеси. Из камня дважды вылетели искры, потом обломок дерева взорвался в щепу.
— Очень хорошо, — одобрил Джейми. — Где, черт возьми, ты научилась так стрелять?!
От похвалы Брианна залилась краской.
— Отец увлекался стрельбой. Он научил меня обращаться с пистолетом и винтовкой. И с дробовиком тоже… — Она покраснела еще сильнее. — Ой! Дробовиков же пока нет…
— Похоже, что нет, — бесстрастно отозвался Джейми.
— А… как ты собираешься унести улей? — поспешно перевела тему Брианна, желая сгладить неприятный момент.
Джейми пожал плечами.
— Когда пчелы заберутся внутрь, я окурю их дымом, чтобы они уснули. Вытащу улей и заверну в плед. Дома из дерева сделаю рамки, будем потом собирать пчелиный воск. Настанет утро, пчелы выберутся и полетят к ближайшим цветам.
— Разве они не поймут, что совсем в другом месте?
— Если и поймут — толку-то? Назад им дорогу не найти, да и дома там больше не будет. Нет, они легко освоятся на новом месте. — Джейми забрал у нее ружье. — Давай почищу. Для стрельбы уже слишком темно.
Разговор сошел на нет. В долину неспешно вползала ночь, поглощая стволы деревьев, и вскоре одни зеленые кроны покачивались в озере тьмы.
Брианна откашлялась, чувствуя, что должна хоть что-то сказать.
— А мама не переживает, что мы так поздно?
Крутя в пальцах острую травинку, Джейми покачал головой. На небо смазанной слезой выкатывался лунный шарик.
— Мама как-то говорила, что люди собираются лететь на Луну, — произнес он. — Тогда, при ней, не успели. Так у них получилось?
— Да, летали… Ну, полетят, точнее, — уточнила Брианна. — На «Аполлоне» — так назвали корабль.
Джейми улыбнулся в ответ. Луна взошла уже высоко, заливая бледным светом поляну.
— Неужто? И что они рассказали — те люди, которые там побывали?
— Не надо было ничего рассказывать — они прислали изображение. Я говорила тебе о телевидении?
Джейми нахмурился: истории о технике будущего изрядно его озадачивали. Он, похоже, так и не понял, как картинки могут двигаться и звучать, не говоря уж о том, что их можно передавать по воздуху.
— Да… И ты те… изображения сама видела?
— Ага.
Брианна откинулась назад, обхватив колени руками. Она смотрела на кривую луну, вокруг которой мерцал бледный нимб — словно большой желтый камень уронили в пруд и по черной глади разбежались круги.
— Хорошая завтра погода будет, — сказал вдруг Джейми.
— Правда?
Брианна видела все так же ясно, как и днем, только краски выцвели и поблекли — совсем как на черно-белых фотографиях.
— Мы тогда ждали очень долго, — заговорила она. — Никто точно не знал, сколько времени потребуется, чтобы сесть на Луну и выйти наружу в специальных костюмах… Ты знаешь, что там нет воздуха? — вскинула она бровь, и Джейми кивнул, точь-в-точь как прилежный ученик.
— Да, Клэр говорила.
— Камера… это та штука, с помощью которой делают видео… так вот, она была направлена в сторону корабля, и мы видели, как ноги космонавта касаются поверхности. Корабль сел на равнину, всю покрытую мягкой мучнистой пылью. Потом камеру развернули… или другую включили, не знаю, и вдали мы увидели скалистые утесы. Там не было никаких признаков жизни: ни растений, ни воды, ни воздуха, — но выглядело до жути красиво.
— Совсем как в Шотландии, — пошутил Джейми.
Брианна расхохоталась, но услышала в словах отца затаенную тоску по бесплодным горам родного края. Чтобы отвлечь его, она махнула рукой в сторону бархатного неба, мерцавшего сотнями искорок.
— А звезды на самом деле — это солнца вроде нашего. Просто они очень-очень далеко, поэтому кажутся такими крохотными. Так далеко, что их свет идет сюда долгие годы. Звезда может уже погибнуть, а мы все еще ее видим…
— Клэр мне рассказывала, — тихо сказал Джейми и вдруг решительно встал. — Пора. Давай заберем улей и вернемся домой.
Ночи были теплыми, и мы подняли шкуры на окне. Изредка в дом залетали жучки и мошки, чтобы вскоре утопиться в котле или спалить в очаге крылья, но свежий, пахнувший цветами воздух того стоил.
В первую же ночь Иэн галантно уступил Брианне свою кровать, а сам, уверяя, что любит одиночество, ушел спать к Ролло в сарай с травами. Неся в одной руке одеяло, он хлопнул Джейми по спине в неожиданно взрослом жесте дружеской поддержки. Я невольно улыбнулась, Джейми тоже.
На самом деле последние дни улыбка вообще не сходила с губ моего шотландца. Сейчас, впрочем, он был серьезен, лежал рядом, сосредоточенно думая о чем-то своем.
Странно, что он еще не спит. Джейми поднялся задолго до рассвета и весь день провел с Брианной, вернувшись уже затемно. Они принесли полный плед сонных, одурманенных дымом пчел, которые завтра утром наверняка взбесятся. Надо будет держаться подальше от того конца сада, где их разместили — новоприбывшие пчелы всегда очень злы и жалят всех без разбору.
Джейми в который раз вздохнул, и я прильнула к нему. Холодно не было, но он, чтобы не смущать Брианну, надевал в постель рубашку.
— Не можешь уснуть? — шепнула я. — Свет мешает?
