Иван понял по выражению глаз всех троих, что на сей раз женское обаяние не подействует. Выходит, существуют неодолимые барьеры для женщины и на прогулочной яхте! Всюду препятствия, всюду барьеры... И на кораблях, и в Космосе, как утверждает Натали. Впрочем, утверждает не Натали, она лишь поддерживает расхожее мнение. Возмущение в Иване переплелось с удовлетворением: хоть какие-то ценности в мире пока действуют, и этика профессионала не пустой звук.
Ну что же, как-нибудь он извинится перед этими замечательными ребятами, они ни в чем не виноваты. Служба на туристских судах не требует суперподготовки и сильно расхолаживает. И они тут ни причем. Так надо.
Делая вид, что собирается возвращаться, Иван чуть согнулся, представил себя сжатой пружиной и, распрямившись, нанес в высоком прыжке одномоментно три удара: руками и правой ногой. Месяцы усиленных тренировок, предназначенные для Реда, не прошли зря: все трое рухнули на мягкую псевдотраву, приглушившую звук падения более чем двухсот килограммов, не считая обеда. А в салоне разносился голос стюардессы, рассказывающей о преимуществах научных судов перед кораблями прошлых десятилетий.
Путь открылся. Не заботясь о сокрытии следов своего прорыва, Иван перепрыгнул через неподвижно лежащие тела и одним духом проскочил трап. Как он и предполагал, дверь оказалась двойной, но внутренняя створка разгерметизировалась автоматически, по сигналу электронного замка внешнего люка. На всякий случай он прихватил с собой служебный ключ, - синий кружочек, выпавший из руки пилота. Тамбур, в котором он оказался, освещался скудно и был сравнительно просторен, - около двадцати квадратных метров. В линзообразно выпуклых стенах чернели три проема. Это двери в служебный уровень, ведущие каждая к отдельной системе обеспечения.
Схема Реда крепко сидела в памяти. Иван не колеблясь выбрал правую сторону. Отсюда начинался кратчайший путь в место, помеченное красным крестиком. Предстояло еще проскочить три рекреационных зоны, миновать несколько перекрестков с другими коридорами.
Сверчком заверещал сигнал, неожиданный в пустом помещении. Иван вздрогнул. Кусок гладкой серебристой стены рядом с левой дверью вначале налился тяжелой пепельной темнотой, затем просветлел четким прямоугольником. Включился экран. То ли связи, то ли обзора. Причиной могло стать присутствие в тамбуре человека или какое-либо происшествие на яхте. В любом случае Ивану стоило задержаться на несколько секунд, чтобы поточнее сориентироваться в обстановке. Служебные экраны просто так не включаются. Секунда - и на экране проявилась рубка управления.
Выглядела она непривычно, не как из каюты. Объектив смотрел выше и левее от привычной Ивану точки обзора. Оттого поначалу картина казалась перекошенной, деформированной, будто прямоугольник превратили в параллелограмм. Но зато, в отличие от экрана в каюте, вместо спин и затылков пилота и навигатора можно видеть лица сидящих в креслах. Взор Ивана сразу отметил еще одну непривычную деталь: в рубке присутствовали другие люди. Они стояли тесной группой позади кресел дежурной смены и молча смотрели на обзорный экран рубки. Мягкие кресла, расставленные вдоль стены позади стоящих рядом с входным люком, свободны. Сам люк, который Иван наблюдал впервые, закрыт и на нем светится красная полоса полной герметизации.
На обзорном экране рубки, куда были прикованы глаза пилота и навигатора, Иван увидел привычный Космос. Артефакт по-прежнему светит маленьким туманным пятнышком. Неискушенный наблюдатель мог бы принять его либо за далекую туманность, либо за близкую планету. В ближнем пространстве господствовали пустота и неизвестный объект либо его иллюзия.
Включилась трансляция. Мужской баритон взволнованно объяснял:
- ...Действие непредсказуемо. Земная наука не знает ничего о нем. Кроме того, что он есть. Нам остается надеяться на мастерство команды. На вахте сам капитан Майк, а рядом с ним...
Иван удивился себе, - как это он не узнал Майка Дарре, видя его так близко. На плечах Майка ярко желтели капитанские нашивки.
Судя по поведению капитана и спокойствию всех находящихся в рубке, положение вовсе не было таким неопределенным и не заслуживало той степени взволнованности, которая передавалась комментатором. Из последующих объяснений стюарда Ивану стало понятно, что яхта тормозится неизвестным полем, беспрепятственно пропустившим к Артефакту все без исключения корабли научной эскадры. Потому-то их и не видно сейчас, - они подошли вплотную к туманному пятнышку по имени Одиссей. Связи с ними нет, она блокируется тем же загадочным полем-барьером.
