В Перми те заводы, которыми руководил Фелькнер до назначения в Луганск, при нем начали работать более продуктивно, в Екатеринбурге он также наладил производство. Этот человек учился в Пруссии, Австрии, был во Франции на французских предприятиях, в Англии, поэтому Федор Иванович должен прекрасно знать, как устроено железоделательное производство.
— Хорошо. Взгляните сперва на это, — я выложил на стол сразу три револьвера.
Причём, из них только один револьвер был произведён по моим чертежам. Ещё один был Кольт, а третий — так и вовсе непонятная конструкция, но при этом громоздкая, неудобная, с барабаном на двенадцать зарядов. Уродец, одним словом.
— Что скажете? — повел я рукой, указывая на выложенное оружие.
— Весьма занятно, — впервые после начала нашего разговора, глаза управляющего заблестели.
От автора:
Друзья! Продолжение цикла о попаданце в тело боевого лётчика от Михаила Дорина. Главный герой в эпицентре войны на Ближнем Востоке. Первый том тут: https://author.today/work/371727
Федор Иванович Фелькнер взял в руки револьвер Кольта, покрутил его…
— Кольт. Я знаю этот револьвер. Мы хотели создать нечто похожее, но в Департаменте не одобрили, нам указали на то, что Россия не будет нарушать английские патенты, — Фёдор Иванович всплеснул руками. — Вы представляете, господин Шабарин, мы не должны нарушать патенты, которые выданы в Англии! У нас вовсе все оружие не защищено никаким правом! И я определённо не понимаю, почему мы должны подчиняться английскому законодательству.
Фелькнер посмотрел на меня с некоторым испугом, видимо, понял, что сболтнул лишнее. Всё же критиковать своё руководство — это не самое то, что принято в обществе.
— Вы можете не беспокоиться. За пределы этого кабинета не выйдет ни единого слова, что будут здесь произнесены. Что же скажете, о двух других револьверах? — спросил я, стремясь переменить тему.
Со слов своего мастера-оружейника я знал, что идея начать производство револьверов, а также новых образцов ружей, по крайней мере, охотничьих, принадлежит именно управляющему Луганского завода Фёдору Ивановичу Фолькнеру. Ещё когда этот известнейший инженер переехал в Луганск, он хотел, насколько я могу судить, исходя из тех данных, что я имел, создать в Луганске небольшие производства, которые могли бы не только повышать квалификацию рабочих, но и, так сказать, диверсифицировать производства завода.
Если Черноморский Флот не собирается становится главным заказчиком продукции завода, то, на мой взгляд, это очень здравая идея, когда все яйца не складываются в одну корзину. Если раньше, в начале века Луганский литейный завод работал только на русский флот, то теперь русскому флоту такое большое количество пушек и снарядов просто не нужно. Попытки же переключиться на производство сельскохозяйственного инвентаря частично помогли заводу не упасть в пропасть.
Однако, Российская империя нынешняя — это не про товарное производство. Кроме того, здесь процветает кумовство, статусность, чуть ли не местничество, ну или отголосок этого явления позапрошлого века. Нынче тот же самый товар, пусть даже и худшего качества, скорее купят у человека знатного, чем на заводе. Так что Луганский завод просто не выдерживает конкуренции с тем же самым графом Бобринским. Любой помещик будет покупать именно у графа плуги, косы, всё, что необходимо для сельского хозяйства, чтобы, так сказать, засвидетельствовать ему свое почтение. А кому свидетельствовать это самое почтение на заводе? Правильно, особо некому. Так что и покупать заводское не нужно.
— Простите, но вот это не жизнеспособно. Не хотелось бы обидеть создателя подобного револьвера, но такие большие барабаны ни к чему, — сказал Фолькнер, указывая на двенадцатиразрядный револьвер.
Я не знал, кто создал подобное оружие, просто получилось по случаю найти двенадцатиразрядный револьвер в Екатеринославе, естественно, купил. Нужно же знать, куда оружейная мысль может занести, в какую яму. Я знал, что в истории были вполне себе компактные револьверы с двенадцатью зарядами. Если правильно помню, то подобный револьвер был или будет придуман изобретателем Джоном Вальхом. Там была сложная система подачи патронов, которую нам осмысливать даже нет резона. Зачем максимально усложнять конструкцию, если нужно производить много, качественно и понятно? Тем более, что стоить такое оружие будет очень дорого и оттого сложнее продаваться. Да и пружины… Опять они, эти чертовы пружины!
— А что скажете насчёт этого револьвера? — спросил я, указывая на оружие, которое, конечно же, украл у Смит и Вессон, но они об этом даже не догадываются, потому как, насколько я помню, до их изобретения ещё относительно далеко.
