— Тебе пора связать свою жизнь с достойным мужчиной. Я тебе такого нашёл.
Молчит, ждёт моего ответа. А каким ещё он может быть?
Снова учтиво присесть. Выпрямиться. Держи спину, Марго! Ты знала, что однажды этот день настанет.
— Да, батюшка.
— Собирайся. Через неделю мы отправимся в гости к лорду Честертону. Я тебя представлю. Впрочем, ты должна его помнить. Он приезжал к нам в гости, когда ты была совсем малышкой.
Темнеет перед глазами.
О да, я его помню, хоть и смутно. Уже тогда, в мои семь, казался мне глубоким стариком — надменным, седым и обрюзгшим. Хочется заплакать и закричать: «за что вы так со мной? Что я вам сделала⁈»
Но девушки семьи Клейтон безукоризненно воспитаны.
— Я… мне что-то дурно сегодня, батюшка. Не возражаете, если я пойду? Я начну сборы завтра.
— Разумеется, иди! — кивает отец. — Мы продолжим разговор после. Я не всё ещё тебе объяснил.
Поворачиваюсь и на деревянных ногах следую к дверям.
— Ей понадобится новый гардероб! — увлечённо заявляет мать за моей спиной.
Выхожу и прислоняюсь спиной к прохладной створке двери. Закрываю глаза.
До меня невольно доносятся слова матушки:
— По-моему, она не слишком рада, Георг!
Раздражённое отцовское.
— Сам вижу. Ничего, смирится! Ты же знаешь, мы с Чарльзом договорились об этой свадьбе сразу после рождения Марго. Надо было ей, наверное, давно сказать — пусть бы привыкала к этой мысли.
Матушка ничего не отвечает, только вздыхает.
Я отрываюсь от двери и спешу прочь.
Скоро мой шаг переходит в бег.
Я впервые в жизни позволяю себе передвигаться бегом по скользкому паркету безукоризненных залов и комнат поместья. Роскошные интерьеры смешиваются в поток цветовых пятен. Бесценные полотна старых мастеров, застывшие в изящных позах беломраморные скульптуры, книги и свечи, почтительно кланяющиеся лакеи и спешащие куда-то горничные…
Никогда ещё всё это великолепие не радовало меньше единственную наследницу богатств рода Клейтон.
Даже у моей служанки больше шансов на счастье, чем у меня.
…особенно остро понимаю это, когда врываюсь в свою комнату.
Из моей гардеробной доносятся приглушённые вздохи и стоны.
Как сомнамбула, подхожу ближе. Через приоткрытую дверь гардеробной вижу зрелище, которое заставляет меня остолбенеть. И медленно покрываться краской — и в то же время продолжать смотреть, не в силах отвести глаз.
— О, Элли… скорей бы… ты ведь убежишь со мной?
Тёмные пальцы на белом женском бедре.
Обнажённая грудь в распущенном корсете.
Моя горничная сидит на комоде с бельем, откинув голову, закусив алые губы. На её лице написано блаженство.
А меж её ног, с бесстыдно задранными юбками, гибко двигается стройное тело нашего белобрысого лакея.
Переплетённые пальцы. Прерывистое дыхание. Они вплавлены друг в друга и не замечают никого в этом мире.
Как же это красиво.
Вот, оказывается, как выглядит настоящая любовь.
Как несправедливо, как обидно, что у меня в жизни никогда так не будет. Мою невинность возьмёт себе на первом брачном ложе похотливый старик, которому отец продал меня, как породистую кобылу.
Осторожно, чтобы не шуметь, делаю шаг назад.
Тихо прикрываю за собой дверь.
Что-то непонятное творится с моим телом. Я вся вспотела, словно скакала на лошади три часа, сердце колотится в груди и никак не желает успокаиваться.
По коридору ко мне спешит вторая моя горничная, Полли. Смешливая пухленькая блондинка с задорно вздёрнутым носиком и с родинкой у верхней губы всегда была моей самой задушевной наперстницей. Она даже по моим поручениям ходила для меня в книжную лавку в торговом конце, чтоб купить книги, которые не продавались в солидных магазинах Серебряного квартала.
— Вы слышали последние новости? — едва сдерживая нетерпение, заявляет Полли заговорщическим тоном.
— Ещё бы, — отвожу глаза.
— Лорд Честертон прислал вам подарок! — её глаза блестят от возбуждения. Кисло раздумываю, что ж там за подарок такой, что она так перебудоражена.
— Не нужны мне от него подарки. И сам бы провалился в преисподнюю, — бросаю в сердцах.
Полли хихикает. Со своими девочками единственными я позволяю себе быть самой собой.
— Вы сначала поглядите! Вам по душе придётся! Подарок ждёт в конюшне, — она снова хихикает, как дурочка.
Я хмурюсь.
— Что там?
Она возводит глаза к потолку и обмахивается ладонью.
— Ох-х-х… Лорд прослышал о том, что вы обожаете верховую езду. И прислал вам совершенно потрясающую белую кобылу со своего личного конного завода! Говорят, мать этой кобылы три раза выигрывала королевские скачки!
Моё желание немедленно вернуть подарок обратно слегка поумеривается. В конце концов, лошадь не виновата.
Я вздыхаю.
— Ну хорошо. Я схожу, посмотрю. Но ты-то чему радуешься? Никогда не замечала в тебе особой любви к лошадям.
На милом личике Полли появляется совсем уж глупое выражение. Она расплывается в мечтательной улыбке.
— Это вы просто не видели, мисс, какого конюха лорд прислал сопровождать свой подарок!
Ну вот. Опять она за своё!
При все своей старательности и дружелюбии, Полли обладала одним несомненным недостатком, который мы обе, как могли, скрывали от моей строгой матушки.
