Глаза Авонморы залились красным оттенком, девушка сосредоточенно смотрела вперëд. Среди стволов деревьев начала появляться серебристая рябь, словно от бросания камня в воду. Картинка пейзажа начала сильно размываться.
— Ивае таима! — повторяла заклинание Амуна.
После этих слов из ладони профессора по усилению чар, вырывались жёлтые вспышки. Они летели в размытые узоры, созданные Авонморой и преобразовывали их в отражающую стену.
Тем временем, Диармуид обратился в ворона. В таком лике маг добрался до иллюзорной стены. Вернув человечий облик, он припал к ней руками. Земля задрожала под дорманами, но затем успокоилась. Яркий луч света устремился в небо от его колдовства и по стене пронеслась вспышка.
— Амидоху далиум алепариус! — изрекла Эрлин.
Из руки директрисы пробежала красная волна, приводящая измерение в стабилизирующий вид.
Розгальд стоял неподалёку и наблюдал за действием их волшебства. На его глазах, многочисленное войско скрылось за иллюзорно-блокирующей стеной. Лес перед ним казался абсолютно пустым.
— Отлично! — король кивнул ведьме. — Теперь остаётся только ждать.
Конрад и Грегори уже находились недалеко от войск Узгулуна. С двух сторон их окружали высокие гряды скал, с которых то и дело осыпались булыжники разных размеров. По тонкой голубой полосе неба над ними кружили зоркие орлы.
— Тропа вот-вот расширится и нужно будет быть осторожнее, — Грегори отглотнул из фляжки. — Кто знает, по какому пути они решат спускаться к озеру.
Конрад взглянул под ноги и опустился на колени, прислонив ухо к безжизненной земле.
— Они совсем близко, — сказал он другу. — Я слышу, как земля дрожит от их марша.
Наёмники устремились к развилке горной цепи и быстро прильнули к влажной редкой траве. Сердца их бешено бились от волнения.
— Я надеюсь, что нас никто не заметил, — прерывистым от дыхания шëпотом произнес Грегори.
В нескольких метрах от них, на пологом склоне большими колоннами передвигались орки. Из-за их высоких черно-синих тел, шествие напоминало потоки тёмных рек, таящих в себе гибель. Глубокопосаженные кровавые глаза на уродливых лицах, беспощадно и с диким вызовом взирали по сторонам. Зловоние вырывалось из их пастей с жёлтыми клыками. Даже сами жрецы повелителя хаоса боялись своих союзников и старались идти от них подальше.
Лица наёмников побледнели от увиденного.
— Черт возьми, я не вижу конца и края их маршу, — едва выдавил из себя поражённый Конрад. — В одной колонне только не менее пятидесяти тысяч, а самих колонн где-то около восьми или девяти.
Грегори уставился на свои руки, по ним пробегали мурашки.
— Их примерно больше нескольких сотен тысяч, — с трудом сглотнул слюну Грегори. — Это чуть ли не в семь раз превышает наше количество.
— Нужно скорее вернуться к королю, — Конрад начал тихо отползать.
Когда друзья мчались назад, Грегори не выдержал переполняющего его волнения.
— Знаешь, я никогда не боялся кровавых схваток, но сейчас мне действительно кажется, что это моя последняя битва, — обратился он к напарнику.
— Что ты такое несёшь, приятель! — возмутился Конрад. — Ты уже из стольких войн выходил невредимым.
— Да, но ведь это вовсе не означает того, что так будет всегда. Все мои прошлые сражения не были такими масштабными.
— Слушай, Грегори — ослиная ты морда, мне ведь тоже страшно. Страх это часть нашей жизни. Само собой мы всего лишь люди и мы уязвимы. Но эта битва отличается от других не только числом, а самой значимостью. Проиграв её, мы проиграем абсолютно весь этот мир. Никто больше и нигде не сможет начать сначала. Думай об этом, а не о том, что ты сейчас увидел. Во всяком случае, возле озера не так много места, чтобы вся армия орков смогла там расположиться. Маневренность будет на нашей стороне.
— Конрад, а не пойти бы тебе в драконью задницу! — поднял брови наемник. — Я же сказал уже, что дело вовсе не в страхе. Просто я решил быть в кой-то веки реалистом. Пускай маневренность будет на нашей стороне, но ведь мы будем серьёзно измотаны, в то время как остальная часть орков нет.
— Ты не учёл самого главного, — улыбнулся Конрад. — Орки агрессивные безумные твари, но они смертны, а значит и страх у них тоже есть. Мы все будем биться и адреналин наполнит наши сердца, в то время, как вторая часть врагов будет только смотреть. Если мы опрокинем ублюдков в первом столкновении, то сможем внести смятение в ряды остальных. Тогда у нас будет шанс.
— Это самый дурацкий план, который я слышал в своей жизни, — Грегори в изумлении открыл рот. — Надеюсь, что Его Высочество успеет придумать что-то получше.
Друзья вышли обратно на пустынный берег. Сквозь магическую стену к ним выбежала Карлин.
— Парни, мы здесь, — махнула она им. — Король уже ждёт вас.
Конрад и Грегори пересказали всё увиденное Розгальду с Хорстаром.
