Девушки призадумались и молча по очереди кивнули. Затем я изложил свой план. А состоял он в следующем. Лакросса играет на флейте, приманивая Жемчервей, Вероника напитывает мой молот морозной маной, и я дубашу их по голове, на время замораживая. Пока монстр обездвижен, хотя, скорее, будет обездвижена только его часть, Агнес кинжалом выковыривает жемчуг. Я дал ей свой пояс с кармашками, чтобы было удобнее. Жемчуга туда влезет бесконечное количество.
И так с каждым Жемчервём. Не знаю, сколько понадобится жемчуга, но чем больше, тем лучше. Я планировал то, что останется, растолочь и приготовить несколько усиливающих зелий. Благодаря пространственному кольцу Агнес, у меня теперь всегда под рукой небольшая алхимическая лаборатория.
— Ну, поехали! — кивнул я Лакроссе, затем повернулся к волчонку, который терпеливо ждал у моих ног. — А ты лучше не суйся. Проглотят ещё.
Тот моргнул жёлтыми глазами, будто всё понял.
Оркесса поднесла к губам флейту и начала играть. Полилась прекрасная тягучая мелодия. Я протянул молот Веронике, и она возложила на него обе ладони, прикрыла глаза, а через несколько секунд кивнула, убрав руки с оружия. Воздух вокруг молота дрожал, углубления рун по краям покрылись колючим инеем.
Несколько минут ничего не происходило, но Лакросса продолжала играть.
— А неплохо, — оценила музыку Агнес, прикрывая глаза от удовольствия.
— Не зевай, — одёрнул я её. — А не то пойдёшь на закуску червям.
— Подавятся! — подбоченилась гоблинша, вытаскивая острый кинжал.
Я прищурился, осматривая линию горизонта. Может, надо залезть в одну из нор, чтобы играть? Но тогда у нас места для манёвров не останется.
Уже было решил, что нас постигла неудача, как вдруг на горизонте вздыбилась земля. И волна быстро шла в нашу сторону.
— Приготовиться! — сказал я, спускаясь по склону холма. Лучше эту тварь встречать подальше от Лакроссы.
В нескольких десятках метров от нас дёрн с пожухлой травой поднялся и треснул. Земля под ногами задрожала. Жемчервь приближался.
Я выбрал момент и со всей силы топнул ногой по земле, заодно взрываясь аурой. Маны у меня теперь было сильно больше, так что можно потратить немного, чтобы отвлечь внимание монстра.
Сразу после поверхность земли взорвалась передо мной, и вверх на полдюжины метров вырос толстый червь. Его шкура тут и там блестела жёлтыми наростами. Я тут же ударил молотом по его туше, и она покрылась толстой коркой льда. Холод распространился и поглотил червя почти до самого кончика торчащей головы.
Под весом льда и собственной обездвиженной туши он рухнул прямо на меня. Я едва успел отскочить. Музыка на секунду прервалась — Лакроссу тоже чуть не зацепило.
— Давай, Агнес! — прокричал я, подбегая к Веронике. Она снова зарядила холодом мой молот.
Я подскочил к пасти монстра. Та выглядела как тоннель с тремя лепестками и уходящими вглубь кольцами из острых длинных зубов. Я врезал молотом по башке червя, и её тоже заморозило.
Но у этой твари есть одна особенность. Она умеет перемещать сознание из головы в задницу! Непонятно, почему его назвали Жемчужным червём. Головожоп подходит лучше. Как для некоторых людей. Только последние предпочитают всегда держать сознание в заднице, в отличие от червяка.
Пока что жопа твари находилась под землёй, и заморозка мешала перенести сознание из головы в задницу. Но насколько её ещё хватит?
Агнес забралась на спину червя и принялась кинжалом разбивать лёд и выковыривать жемчуг, складывая в кармашки на поясе. Действовала она довольно шустро.
Под ногами у меня снова задрожала земля. К нам полз новый Жемчервь. Я в очередной раз дал Веронике зарядить молот холодом и кинулся ему навстречу. Так же топнул, дождался, пока половина червя вылезет на поверхность, и ударил, сковывая холодом монстра. Он успел свернуться в кольцо прежде, чем замер.
В это время под Агнес туша твари задрожала. Сознание переехало в другой конец червя, и тот начал пытаться уползти обратно в нору. Верхняя половина твари уже оттаивала.
— Уходи, Агнес, живо! — скомандовал я.
Зелёная язва упрямо мотнула головой.
— Я ещё не закончила.
Лёд на червяке пошёл трещинами и начал осыпаться. Волчонок подбежал к Агнес, заливаясь лаем. Вдруг остатки льда отвалились, и чёрвь пришёл в движение. Если гоблинша не спрыгнет, то её затянет под землю. Я бросился ей на выручку, оббегая кольцо из замороженного червяка, но Альфач успел раньше. Он прыгнул, клацнул челюстями, схватив полторашку за ремешок очков на шее, и стянул на землю.
— Х-р-р… — недовольно хрипела Агнес.
— Давай на следующего! — тут уже подбежал я, а туша червя с чпокающим звуком исчезла в норе, обдав нас фонтаном из сырой земли.
Гадость.
Но некогда приводить себя в порядок. Я схватил Агнес и забросил на следующего Жемчужного червяка.
— Коля! — вдруг услышал я крик оркессы.
